– Одну минутку, я не волшебник… – Марк кликнул мышкой и запустил другую программу. – Для этого у меня есть плагин для звуков животных… теперь лай будет зациклен для обучения алгоритма… Несколько секунд был слышен один и тот же лай. – …С помощью частотного фильтра я ограничиваю рабочий диапазон… и вуаля!.. Теперь извлеченные аудиодорожки изолированы… а затем… удалены. – Он снова нажал несколько клавиш. – Готово! Как по волшебству, и разговор, и раздражающий лай исчезли. – А царапанье? – спросил Снейдер. – Я могу извлечь его, но полностью избавиться от этого звука не удастся. Что-то все равно будет слышно. Еще через минуту остались фоновый шум и помехи в соединении. После того как Марк с помощью плагина отфильтровал шипение, треск и щелчки и уменьшил их контроллером так, что они стали едва слышны, сохранились только чистые фоновые шумы. Но отзвук голоса Снейдера, эхом отражавшийся от плитки в ванной комнате, все еще мешал. Мийю посмотрела на часы и закатила глаза. – Одну минуточку… – пробормотал Марк, – от этого мы… тоже… избавимся… – Он запустил другой алгоритм, пока эхо совсем не исчезло. – Откуда у тебя все это? – спросила Мийю. Марк поднял на нее глаза, затем бросил быстрый взгляд на Снейдера. – Э-э… это программы. – Программы БКА? – не отставала Мийю Марк снова посмотрел на Снейдера. – Нет… их используют Федеральная разведывательная служба и Федеральное ведомство по охране конституции. Будет лучше, если ты забудешь то, что сейчас видела. – Как я могу забыть то, что видела? – абсолютно серьезно спросила Мийю, быстро щелкая шариковой ручкой. – Я… – Мийю! – оборвал ее Снейдер. – Сосредоточьтесь на шумовой кулисе! – Именно это я и делаю. Марк разделил то, что осталось от аудиофайла, на две части. В одной были слышны только фоновые шумы, во второй – только польские голоса. Среди шумов был гул автомобилей, звучавший так, как будто они ехали по федеральной дороге или автобану, а также торопливые, быстро приближающиеся шаги и эхо голосов. – Это все еще эхо из моей ванной? – уточнил Снейдер. Марк покачал головой: – Нет, его уже почти не слышно. Это эхо у Сабины на заднем плане. Судя по всему, мужчины разговаривают друг с другом в большом помещении, выложенном плиткой, – подвале, зале или складе. – Это также может быть старая фабрика или пустой бассейн, – добавил Снейдер. Не особо продуктивно. В Гданьске тысячи возможностей. – А голоса? Марк открыл второй файл и минуту слушал его на повторе на полной громкости. Наконец он нажал «стоп». – Это действительно польский.