Не знаю, правдой эти истории были или вымыслом, но то, что в нашей части этой мерзости точно больше не будет, это уже было фактически фактом, который не мог не радовать.

Свадьба происходила в одном из ресторанов города Мурманска и кроме нашего оркестра в торжествах принимала участие местная группа, репертуар которой полностью состоял из «моих» (Васина) песен.

Я особо не вылезал вперёд и не выпендривался, решив примерить на себя шкуру обычного штатного музыканта — пианиста. Что без труда и делал, абсолютно не выделяясь из коллектива и во всём соглашаясь с дирижером оркестра.

После выступления нас очень плотно покормили. Молодожёнам, гостям и начальству наше выступление понравилось, и они нас отблагодарили не только аплодисментами, но и корзинами с едой, которые нам выдали по отъезду в часть. Ящики вина, то ли к счастью, то ли, к сожалению, нам никто не поставил, а вот различной снеди было завались!

Своей гигантской порцией по возвращению в казарму я, естественно, поделился со своим взводом, распределив еду по равным порциям. Себе ничего, кроме пары яблок, не оставил. Во-первых, я был сыт. А во-вторых, меня, как и всех членов оркестра накормили, чуть ли не как на убой.

Впрочем, справедливости ради, нужно сказать, что солдаты в гарнизоне питались в столовой вполне прилично. Возможно, отменной едой командиры хотели хоть как-то реабилитироваться за прошлые проколы с дисциплиной. Не знаю. Но из песни слов не выкинешь — кормить в столовой части стали хорошо. Это не могло не радовать и не вселять надежду на то, что всё плохое забудется и впереди нас ждёт только спокойная служба.

Ну, а на следующий день, прямо с утра наш оркестр обрадовали другой новостью.

— Товарищи младшие офицеры, старшины, сержанты и солдаты, командование нашей части поручает вам важную миссию — сейчас вы позавтракаете, и вам даётся один час на сборы. После этого мы отправляемся к морю — в Челюскино. Там, как, наверное, многие из вас знают, стоит воинская часть. К обеду туда доберёмся, вы отдохнете, и вечером состоится ваше выступление. Ночью обратно не поедем. Заночуем там. А завтра отправимся обратно, — сообщил нам замполит лично, после чего добавил: — Я поеду с вами.

— Гастроли? — обрадовано уточнил Лёвин.

— Можно сказать и так. Вы же помните, что прошлый командир части создавал ваш оркестр именно с целью гастролей. И хотя сам он сидит в СИЗО, и вскоре отправится по этапу, благая его цель не должна кануть в Лету. Материал вы знаете на отлично. Напевы Кравцова исполнять не будем — это я запрещаю! А в остальном, у вас начинается период разъездов. Кто-то против?