С трудом сдержавшись, чтобы не обругать этого нагло врущего мне в лицо негодяя, я спросил:

— А золото?

— Золото взяли, вот деньги.

Пачки новеньких хрустящих банкнот перешли мне в руки. Наскоро пересчитав их, я уточнил о цене на золото и, несмотря на то, что Чарти явно меня обманывал, выдал ему премию и процент от сделки.

— Вот возьми ещё золота. Продай его всё. Завтра я зайду за деньгами и принесу тебе ещё больше золота и драгоценных камней. Эти будут покрупнее тех, что ты продал, не продешеви.

— Да? — и глаза Чарти вспыхнули ярким огнём жадности. На мгновение его черты исказились, но страх передо мной тут же приглушил их блеск.

— А лекарство от змеиного яда ты мне дашь?

— Дам, но тоже завтра. Оно поможет тебе полностью избавиться от него. Это моя награда за твою помощь в продаже золота. Я и в будущем готов продавать через тебя многое.

Ещё одна радость осветила лицо Чарти. Ну, да пускай радуется, может всё и обойдётся. Передав очень тяжёлый свёрток, я ушёл, напоследок предупредив его:

— Только учти, если денег тебе за эту партию не дадут, я отменяю сделку. И ты принесёшь золото обратно. Усёк? И смотри, обманешь — не сносить тебе головы, и умрёшь ты в адских муках. Запомни это, и не говори потом, что я тебя не предупреждал.

Чарти кивнул, осознав угрозу.

На следующий день, с самого утра я двинулся на рынок, где продавали животных, и купил там довольно неплохого верблюда. Заплатив за него, отвёл на окраину города, где и оставил у жителя одной из лачуг, сказав, что заберу верблюда ночью.

Конечно, наш договор помимо слов был подкреплен деньгами, не очень большими, но существенными для бедняка. Договорившись, что к моему возвращению верблюд должен быть напоен, накормлен и вычищен, а меж его горбов будут висеть меха с водой, я всё же сходил в магазин. Не особо надеясь на местного, закупил там продуктов, воды и собственно бурдюк под воду и оставил всё это в лачуге охранника, дав ему также сверху продуктов.

Клятвенно заверяя, что верблюд будет и ухожен, и накормлен, меня проводили всей семьёй. Уже уходя, я тронул нож на своём поясе и показал его, чтобы никаких иллюзий этот негр себе не строил. Взглянув на моё решительное лицо, он погрустнел, но тут же собрался и снова подтвердил, что наш с ним договор находится в силе.

Вечером, подготовившись, я пошёл к Чарти, точнее поехал на велосипеде. За спиной у меня был рюкзак, а в нём мой калаш и завёрнутый особым образом в тряпки пистолет. В деревянном ящичке бултыхались многочисленные зелья и эликсиры. А для наиболее ценных я не пожалел отдельной железной коробочки и ваты.