Услышав мои слова, Аиша удивлённо распахнула глаза. Она бы, наверное, покраснела, если бы её кожа была чуть светлее. Но всё равно, её смуглые щёчки от прилива крови стали ещё более смуглыми и приобрели немного другой оттенок. Словно румянец хотел прорваться сквозь нежную девичью кожу и проявить себя во всей красе.

Фарах тоже удивлённо уставился на меня. А я не собирался стесняться: всё равно уезжаю! Пусть что хотят, то обо мне и думают! Вернее, в правильную сторону думают, пока я по саванне с автоматом буду носиться. А девушка мне действительно нравится: спокойная и умная, да ещё и красавица.

— Мамба, разве я запрещаю тебе общаться с моей сестрой? Это её жизнь, пусть поступает, как считает нужным. Я буду только рад, если у вас возникнет приязнь друг к другу.

«Да, — подумал я, — вот и поговорили. Как-то не планировал я в своих симпатиях признаваться. Впрочем, лучше так, чем никак, тем более повод есть — мой отъезд. А там будет видно: или я передумаю, или девушка себе найдёт более подходящую пару».

— Да, тут ты прав, Фарах. Но что поделать? Мне пора уезжать. Оставляю тебе оружие в тайнике. Так, на всякий случай. Может, когда и пригодится. Там пара автоматов, гранаты и патроны. Короче, мне пора.

Сжав друг другу ладони, мы прислонились плечами и разошлись. Аиша стояла чуть в стороне, но подойти и обнять меня она так и не решилась. Шагнув к ней, я взял её ладонь в свои руки.

— Какие у тебя длинные и красивые пальцы, Аиша, — я ласково провёл пальцами по её ладони и поднял взгляд на лицо девушки: в её глазах блестели слёзы. — Я хочу сделать тебе подарок. Вот, возьми этот флакон, он укрепит твоё здоровье, а эта мазь сохранит твою красоту и даже преумножит. Ждите меня, и я вернусь.

Я выпустил руку девушки и, развернувшись, быстро ушёл. Путь мой лежал в одно из селений на границе с Сомали. В нём находился военно-полевой лагерь Сомалийского Национального Движения клана «исаак». Об этом движении я узнал ещё в Аддис-Абебе. И теперь, разузнав подробности и наведя за деньги кое-какие справки, направился туда. Предложение у меня был железобетонным, оставалось лишь правильно преподнести его тем, кто хоть что-то решал в этом тренировочном лагере.

Дорога предстояла сложная, но верблюд и автомат составляли мне неплохую компанию. На этот раз, чтоб уж полностью соответствовать образу борца за социалистическую справедливость в отдельно взятой африканской стране, со мною был АК-47.

Сначала я отправился в город Харэр, по дороге вдосталь налюбовавшись открывающимся на гору Гара-Мулета видом. Оттуда вдоль Ахмарского хребта поехал в Джиджигу. И, наконец, приехал в большое селение, расположенное на границе с Сомали. Селение называлось Вау! Вот Вау и всё! Ну, что же, пусть будет Вау, нам неграм всё по барабану. Именно здесь и расположился тренировочный лагерь этой самой конторы с громким названием Сомалийское народное движение или сокращённо СНД.