Грохоча гусеницами и пыхая огнём из всех имевшихся стволов, танки начали преследование. Некоторые штурмовики ещё отстреливались, хотя всем было уже ясно, что исход боя предрешён. Настало моё время. Привстав, я заорал:

— По первому танку всем гранатомётчикам: огонь!

Двое повстанцев встали и, направив свои РПГ-7 на первый танк, выстрелили. Вырвавшиеся из стволов снаряды, обгоняя друг друга, рванули вперёд, оставляя позади себя хвост ракетного пламени. Первая граната попала в пулемёт танка, заставив его заткнуться. Второй же снаряд угодил в башню и прожёг её. Детонировал боекомплект, и раздался ещё один оглушительный взрыв!

Рвануло так, что башню сорвало и откинуло далеко в сторону, вверх устремился яркий сноп огня, и заживо сжигая тела экипажа танка.

— Огонь, грёбанные негры, огонь! — орал я. — Огонь, суки!

Я не уверен, можно ли было разобрать хоть что-то в этой канонаде, но со всех сторон послышались короткие и длинные автоматные и пулемётные очереди. Повстанцы открыли ответный огонь, словно услышав мою команду.

— Огонь! Огонь! Огонь! — надрывался я в животном крике. — Огонь!

Кто-то не выдержал напряжённости боя и бросился бежать.

— Смерть предателям! — крикнул я, и длинная автоматная очередь прервала бег труса, сбив на ходу и швырнув сломанное тело в высокую траву. — Огонь, огонь, огонь!

Негры, как убегающие, так и атакующие бросились в разные стороны или попадали на землю, чтобы тут же начать огрызаться короткими очередями. А меня накрыло: второй танк, лязгая ржавыми гусеницами, неумолимо надвигался прямо на меня.

— Да хер тебе! Хер! На, падла, получай!

Гранатомёт, что всё это время висел за спиной, молниеносно оказался в моих руках. Танк, стреляя из пулемёта, ехал в мою сторону, но пулемётчик промахнулся, и очередь прошла чуть левее. Коротко вскинув гранатомёт к плечу, я на мгновение прицелился и нажал на спуск.

Выстрел попал в башню танка и прожёг её, взорвавшись внутри. Танк загорелся, распахнулись люки, и из них полезли танкисты.

Скинув на землю гранатомёт, я взялся за автомат. Вид полыхающих танков несколько поубавил пыл атакующих сомалийцев. А повстанцы, наоборот, воспряли духом и дружно поддержали меня автоматными очередями. Ливень металла и огня накрыл наступающих солдат и отбросил их назад.

Ещё две гранаты полетели в сторону врага, подорвав кирпичное заграждение и взорвавшись где-то во дворе части. Последнюю свою гранату я попридержал и, отбросив автомат, подхватил чей-то пулемёт. Мои три десятка сдержали наступающих, дав остальным возможность смыться. Но и нам пора! Поэтому, поливая автоматным огнём стан неприятеля, мы стали отступать.