Я лихорадочно заозирался вокруг. Как назло поблизости не наблюдалось никаких мало-мальски крупных деревьев, лишь кустарник, колючие ветви которого вряд ли станут помехой для стаи хищников. Задумчиво посмотрел на свой револьвер, патронов в нём шесть штук, на всех не хватит. Я и предположить не мог, что столкнусь с хищным животным миром Африки. А вот, поди ж ты, угораздило.

Мой грозный вид и наличие оружия не сильно пугали хищных зверей. Видимо гиены были очень голодными и очень злыми, иначе ни за что не решились бы напасть на меня. Всё же я довольно крупная добыча, да ещё и опасная, но, тем не менее, одинокий путник — лёгкая добыча. Мой небольшой костерок тоже не стал особой помехой.

— Опа-на! — вслух проговорил я. — Привет, чудики! Пришли поужинать человечинкой? Зря, зря, человечина бывает очень опасной! Очень! — звук собственного голоса успокаивал скорее меня, а не их.

Гиены не понимали человеческий язык, ни русский, ни арабский, я не смог до них докричаться и стал готовиться к бою. Вокруг начала сгущаться поистине вселенская темень. Словно кто-то дёрнул за полог, разом обрушив на меня тьму африканской ночи. Я поёжился, словно почувствовав, что кто-то из богов явился понаблюдать за предстоящей мне битвой. Тоже мне: театр устроили! Всё же я вам не Геракл и не Самсон: пасти львам рвать не умею! Я обычный Мамба.

Почуяв неладное, подсознание само взяло под контроль моё тело, пока мозг пребывал во временном шоке. Револьвер крепко стиснут правой рукой, в левой руке не менее крепко зажат нож. Башир Бинго по прозвищу Мамба к бою полностью готов. К бою не на жизнь, а на смерть.

Гиены тоже решили, что тринадцать против одного — весомое преимущество. Порычав и похохотав для порядка и предварительного запугивания своей жертвы, они ринулись в бой. Чёртова дюжина зверей против одного негра! Стыдно-с!

Крупная самка, отбросив звериные сомнения, резко стартанула, прыгнув на меня и распластав в полёте своё нелепое тело. Оно на какое-то мгновение словно зависло в воздухе, давая мне возможность рассмотреть пасть с длинными клыками и мощными челюстями.

— Сука!

Ощерившись не хуже хищника, я выстрелил, сбив в полёте кровожадную самку, и тут же отпрыгнул в сторону, освобождая место для рухнувшего тела. Добивать не стал: времени нет, да и патроны нужно беречь.

— Хгрх, хгрх — сразу две гиены бросились под ноги, раззявив страшные пасти с длинными клыками.

— Ять!

«Бах, бах, бах!», — взорвался выстрелами револьвер. Одна за другой пули полетели в нападающих зверей. Первая гиена сдохла сразу, получив пулю в сердце, вторая завизжала, получив ранение, а третья удачно подставилась под выстрел. Её череп тут же взорвался кусками кости и мозга, забрызгав ими высокую траву.