Серьёзный износ, накопившийся за годы эксплуатации.

Воронок. Чёрное железо, более массивная конструкция. Грива из стальных проволок, хвост — конский волос, вплетённый в металлическую оплётку. Глаза у него, как тёмные камни, возможно, оникс или агат.

Я открыл грудную пластину. Кристаллическое сердце светилось слабо, но заметно. Энергия есть. Почему же голем не двигается?

Ответ нашёлся быстро: оборванный проводник. Толстая медная лента, которая должна была идти от кристалла к голове голема, была перебита. Чисто, ровно, как будто её перерезали.

Или… перегрызли?

Я присмотрелся к месту разрыва — края неровные, с зазубринами. Не разрез, не перелом от напряжения — что-то другое и это что-то мне очень не понравилось.

— Прохор, — позвал его. — Иди сюда.

Парень подошёл, всё ещё с опаской поглядывая на механических зверей.

— Смотри, — я показал ему оборванный проводник. — Видишь это?

— Ага… — он нахмурился. — Порвано чего-то?

— Порвано, но как, по-твоему?

Прошка наклонился ближе, разглядывая.

— Ну… не знаю. Само порвалось?

— Само так не рвётся, — я покачал головой. — Смотри на края — неровные, с зазубринами. Как будто что-то грызло.

— Грызло? — парень отшатнулся. — Это что ж… крысы, что ли?

— Возможно.

Я задумался. Крысы действительно могли погрызть медь — это не такая уж редкость, но зачем им лезть внутрь механического коня? Там же нечем поживиться.

Впрочем, это вопрос для позднего времени. Сейчас нужно понять масштаб работы.

— Так, — сказал я, выпрямляясь. — Начнём с Рыжего — он проще.

— Проще? — Прошка удивлённо посмотрел на меня. — Они ж одинаковые вроде…

— Не одинаковые. У Рыжего механическая проблема, ржавчина, износ. Это я могу починить. У Воронка проблема с проводкой — там нужно паять, а для этого нужен источник тепла и припой.

Парень кивнул, хотя, скорее всего, не понял и половины сказанного.

Я подошёл к верстаку и начал выкладывать инструменты, которые могли понадобиться.

— Прохор, — позвал его. — Иди сюда. Будешь учиться.

Парень подошёл, с любопытством разглядывая разложенные инструменты.

— Это, — я взял гаечный ключ, — называется ключ. Гаечный ключ. Видишь, какой он формы? Вот эти губки захватывают головку болта или гайку, и ты можешь её повернуть.

— Угу, — Прошка кивнул.

— Попробуй подержать.

Он взял ключ, повертел в руках.

— Тяжёлый.

— Это хорошо. Тяжёлый инструмент, надёжный инструмент. Легко ломается только то, что сделано плохо.

Я показал ему остальные инструменты, объясняя назначение каждого: отвёртка для болтов с прорезью на головке, молоток для ударных работ, плоскогубцы для захвата мелких деталей и напильник для снятия лишнего металла.