– Рут всем хороша – кроме одного, – пропыхтел Оливер. – Она не ты.

Молча смотрела на него, не зная, что ответить. Но к тому времени была так близка к оргазму, что связные мысли в голову не лезли. Оливер позволил мне кончить первой, потом кончил сам. Поцеловав меня снова, стал застегивать джинсы.

– Зачем ты ее привез? – спросила я, когда он меня развязывал.

Оливер вздохнул:

– А сама как думаешь, Фиби? Надеялся, если решишь, будто у нас с Рут все серьезно, поймешь, что не хочешь меня терять. Вот такая хитрость. Хотел заставить тебя ревновать.

Потерла освобожденные от веревки предплечья.

– На мой день рождения? Ну ты даешь! Мы ничего друг другу не обещали, договаривались только о сексе, ты ни разу не давал понять, что хочешь большего, и…

Неожиданно выражение лица у Оливера стало сердитым.

– Уж поверь, давал, и не раз! Но ты настолько зациклена на собственных делах и на своем дурацком списке, что ничего вокруг не замечаешь. Мне все труднее слышать про тебя и других мужчин. Свозил тебя в отель, устроил день на пляже. Думал – может, поймешь? Но теперь снова объявился Алекс. Связаться с этим типом – полная глупость, даже по твоим меркам.

– Сам дурак, – тихо произнесла я, будто обиженная пятилетка. – Между прочим, нас с Алексом связывают длительные отношения. Ты слишком упрощаешь…

– Все, умываю руки! – воскликнул Оливер. – Возвращайся к Алексу! Делай что хочешь! Стою тут перед тобой, признаюсь тебе в любви, а тебе плевать! Да пошла ты!

Оливер быстро зашагал прочь, а я стояла и смотрела ему вслед.

– А хворост?! – крикнула я.

– Засунь его себе знаешь куда?! – проорал он в ответ и ушел.

Собрав несколько веток, потащилась к дому. Чего ожидать по возвращении, даже не представляла. Оказалось, Оливер как ни в чем не бывало сидел рядом с Рут и пил пиво вместе с остальными.

– Долго же ты по лесу бродила, – засмеялась Люси. – Неужели нашла пряничный домик, как в сказке про Гензеля и Гретель?

– Извини, что не смог помочь. Слишком обкурился, – ровным тоном произнес Оливер. Затем надел темные очки, чмокнул Рут и растянулся на траве, греясь на солнышке.

Молча улыбнулась, бросила хворост на крыльце и ушла в свою комнату плакать.

23:00. После похода в лес мы с Оливером почти не разговаривали. Только обменивались дежурными фразами, чтобы друзья ничего не заподозрили. Час назад пожаловалась на головную боль и вернулась в дом. Присоединяться к дикарским пляскам у костра не было ни малейшего желания. Примерно через полчаса за мной последовала Хейзел. Эта женщина гораздо наблюдательнее и проницательнее, чем может показаться на первый взгляд. Сев на край кровати, она убрала с моих глаз челку.