— Но почему именно так? — парижанин обернулся к водителю. — Мог бы просто расторгнуть контракт или прислать убийц. Зачем весь этот спектакль в ангаре?

— Потому что для Данте мы не люди. Мы лабораторные крысы, — отчеканил бывший легионер. Глаза наемника превратились в две узкие ледяные щели. — Инвесторы хотели посмотреть, как фальшивая нейросеть поведет себя в условиях тотального стресса и безнадежности. Эксперимент в полевых условиях.

Впереди, разрывая низкие тучи, показался сияющий шпиль штаб-квартиры «Омникроп». Гигантская башня из стекла и бетона возвышалась над ночным Сеулом как монумент корпоративной жадности и абсолютной власти.

Стрелок проверил ход затвора своего пистолета-пулемета. В голосе француза зазвучала злая, искренняя радость.

— Надеюсь, этот лощеный ублюдок сейчас в своем пентхаусе. Хочу посмотреть, как его идеальный костюм впитает парочку моих бронебойных пуль.

— Готовьтесь, парни, — бросил Шрам, резко выворачивая руль и направляя броневик на парадную площадь перед небоскребом. — Центральный холл будет забит тяжелой охраной. Парадные двери, турникеты, турели. Придется прорубаться с боем прямо от входа.

Фургон с ревом влетел на площадь. Резина завизжала, машина пошла юзом, останавливаясь прямо напротив главных дверей корпоративного храма.

Стая синхронно выскочила под ливень. Оружие наизготовку. Звериный оскал на лицах. Хищники приготовились к встрече со стеной щитов и шквальным огнем службы безопасности.

Ветеран вскинул винтовку, ожидая увидеть за панорамными окнами вспышки выстрелов. Но ничего не произошло.

Командир нахмурился и сделал осторожный шаг вперед. Батист и Ландо взяли фланги, укрываясь за бетонными клумбами.

Гигантские вращающиеся двери из закаленного стекла были разбиты вдребезги. Острые осколки усеивали полированные гранитные ступени, блестя в свете уличных фонарей. Никакой тревожной сирены. Никаких красных мигалок или приказов бросить оружие.

Только гробовая, неправильная тишина, исходящая из недр здания.

— Босс… это не похоже на усиленный периметр, — неуверенно пробормотал снайпер, водя стволом по сторонам. — Скорее, на то, что кто-то прошел здесь до нас.

Шрам молча пересек парадное крыльцо. Ботинки захрустели по битому стеклу. Бывший легионер перешагнул через искореженную раму и оказался внутри роскошного холла.

Картина, представшая перед глазами наемников, лишала дара речи.

Приемная корпорации «Омникроп», славившаяся своим стерильным, футуристичным дизайном, превратилась в филиал скотобойни. Дорогие стойки ресепшена из белого мрамора были перевернуты и разбиты. Голографические панели искрили, выхватывая из полумрака следы первобытного погрома.