И действительно… В последующие за крушением поезда и полученной травмой две с половиной недели, всё делалось практически бегом.

Ускоренная адаптация. Поступление на службу в милицию. Создание ансамбля и «написание», в кавычках", подопечным прекрасных и так понравившихся людям песен. Не говоря уже о череде успешно раскрытых преступлений, подготовке к турниру по боксу и участию в соревнованиях.

Ну, а внезапный арест, последующее водворение в ИВС и побег оттуда, и вовсе не оставляли квазиживому организму надежды. На то, что реципиент когда-нибудь и хоть что-то вспомнит.

Ведь жизнь нелегала, скрывающегося от правосудия и, в связи с тяжестью инкримируемых хозяину преступлений, а так же вполне вероятное объявление во всесоюзный розыск, вряд ли могли оставить время для случайно получившегося раскрепощения сознания. И принятия к сведению, до сих пор тщетно внедряемых в буйную и безбашенную голову носителя, жизненно необходимых для возвращения в Содружество, образов.

Армия же, где по большому счёту, солдату и думать-то особо не о чем, оказалась именно той «тихой гаванью», где им обои самого начала следовало быть.

Нет, создание, громко, по местным масштабам, конечно, заявившего о себе и произвёдшего несомненный фурор музыкального коллектива, а так же обнародование песенного материала из будущего, тоже прошло не зря.

А нервное напряжение, связанное с задержанием, недолгой «отсидкой» в Изоляторе Временного Содержания и последующий нахальный и беспрецедентный побег, сменившись относительным спокойствием и последующей за ним «рассбабухой», как ни странно, сделали благое дело.

Бесспорно, сам «призыв в армию», не ими срежиссированный, проведённый в бессознательном состоянии подопечного и оказавшийся беспардонной импровизацией ушлого капитана, не лез ни в какие ворота. Но, только в том случае, если бы речь шла о нормальных, законопослушных советских обывателях.

Их же с хозяином случай, в связи с воспитанием, полученным носителем в другом мире и основанным на совершенно отличных от местных реалий, ценностях, ложился в создавшуюся, явно не без помощи Всевышнего, как любят говорить некоторые из местных хноноаборигенов, ситуацию, «тоненько в масть».

Так что, после опасных и бурных перептелий, нахождение в спокойном месте, где «оденут, накормят и спать уложат», и в котором искать носителя будут в самую последнюю очередь, может стать именно тем, дающим шанс передохнуть и временно затаиться, выходом.

К тому же, позволяющим биопроцессору как следует поработать с мозгом реципиента и, кто знает, может быть, даже вернуть ему, так не вовремя и очень не кстати, утраченную память.