— Вот сметана, ещё сухари есть, а сало сейчас нарежу, — с улыбкой произнесла Уна, поставив на стол миску с сухариками.
— Ложку-то забыла, — подсказала Морна дочери, продолжив крошить капусту, — салат сделаю, Бинна с яблоком такой любит.
— Морна… это невероятно вкусно, — протянула, проглотив первую ложку горячего супа, щурясь от удовольствия, — из капусты квашеной?
— Конечно, такой Куинн особенно уважала, да и внучка любила. Завтра холодец в леднике должен подойти, с картошечкой отведаешь. А может, рыбки печёной хочется?
— Прям и не знаю, что и выбрать, всё хочется, — рассмеялась я, чувствуя себя действительно дома, — очень, очень вкусно.
— Может подлить ещё?
— Нет, спасибо, наелась.
— Тогда отвару и пирог с ягодой, славно нынче поднялся.
— От пирога не откажусь, — ответила, наконец утолив голод, решила осмотреться. Кухня была просторной и очень светлой. В большие окна, выходящие, по-моему, в сад, заглянуло полуденное солнышко, разбросав по помещению яркий блеск. Пара кастрюль, стоящих на плите, пыхтели, ворчливо сбрасывая с себя крышки. В огромной сковороде скворчали котлеты, распространяя одуряющий аромат мяса и специй. В резном буфете, расположенном у одной из стен, была расставлена посуда. Красивые, с чудесным орнаментом, глиняные или фарфоровые тарелки, миски и салатницы, там же изящные стеклянные бокалы. Кувшины и чашки чуть выбивались из общего вида своими рыжими боками, будто хвастаясь яркостью цвета.
Глава 44
— Здесь все делают: и ткань разную, посуду, стекло, зеркала, — произнесла Морна, поставив передо мной большую кружку с ягодным компотом, — богатая долина, вот и рвутся сюда эти…
— Риаги? — подсказала я, делая глоток сладкого напитка.
— Нет, милая, бритты дважды за месяц подступали, Риан отогнал, — тихо ответила женщина, — да только сказывают, что силы они копят, а это проверка была. И есть в Ибернии те, кто помогают им, путь указывают, вот и собрался совет, решать будут.
— Хм… думаю Риан и Киан справятся.
— Ох, Надин, страшно… кораблей пять сотен, говорят, у бриттов собрано.
— Сомневаюсь, что так много, — пробормотала, оставив кружку, — не просто столько снарядить.
— Буду просить богов, чтобы защитили нашу долину, — вздохнула Морна, подталкивая мне назад кружку с недопитым отваром, — наболтала лишнего, и аппетит у тебя, девочка, пропал, прости уж старую.
— Всё в порядке, — улыбнулась разволновавшейся женщине, — Уна, Морна, было очень вкусно и спасибо вам большое.
— Ты заходи вечером, печенье печь буду.
— Обязательно зайду.
Покидала уютное помещение и доброжелательных женщин с радостной улыбкой на лице. Так хорошо, тепло и легко было на душе, что хотелось петь. В освещённом ослепительным светом холле я ненадолго задержалась, наблюдая за разноцветными солнечными зайчиками, которые бегали по полу. Витражное окно, высокое, с красивым цветком в центре, пропуская через себя солнечные лучи, создавало в этой небольшой комнате невероятно волшебную обстановку. Стены, потолки, мебель — здесь всё было сделано с любовью, и уходить из столь сказочного места совершенно не хотелось.