— Ты, Малуша, не артачься, он парень хороший, доброе у них хозяйство, — начал дядька, замерший на пороге, — каждая девица о семье и доме желает.
— Я тоже, но за него не пойду, — упрямо мотнула головой.
— Малка! Пойдёшь! Потом сама мне спасибо скажешь, — впервые крикнул на меня дядька Силуан, взглянув так, что боязно стало.
— У меня приданого нет, — сделала ещё одну попытку, кусая изнутри губу, борясь с горькой обидой и несправедливостью. Я же так старалась, подсказывала, вон и про миксер рассказала, уже из Холмовки за ним едут. Монет в доме прибавилось. Бажена ткани хорошей набрала, бусы купила, гребень с камнями.
— Ему то неважно.
— По нраву ему пришлась, видать, ты, это ж радость, — ободряюще улыбнулась тётка, наверное, сжалилась надо мной, — все девицы поперва волнуются, я расскажу тебе всё. Поведаю, чего мать должна молвить.
— Расскажи, — усмехнулась, наконец приняв непростое для себя решение.
Свадьбу назначили осенью, когда урожай будет собран и дел по хозяйству станет поменьше. Начало её или середина, то мне было непонятно, но до конца лета остался всего месяц. Месяц, чтобы подготовиться.
Осторожно, чтобы не слишком заметно было, я вытаскивала буквально по горсточке крупу и ссыпала её в припрятанный в дупле мешочек. Во второй утрамбовала по самый верх мясные шарики. Завернула в ткань вяленую рыбку и несколько ломтиков сушёного мяса. Там же в дупле лежал небольшой котелок для приготовления пищи, ложка деревянная и кожаный бурдюк для воды. В общем, готовилась я основательно, зная, что дорога пешком до Выри дальняя, а магазинов по пути я не встречу.
Было страшно, но я не так себе представляла свою жизнь. Выйти за чужого человека, жительствовать с ним, зная, что не погнушается и поучить меня уму разуму. Нарожать кучу детишек и задохнуться от непрекращающейся работы по дому. И так изо дня в день…
— Малуша, куда ты? — увязалась за мной Агнешка, а у меня сегодня под рубахой кусок парусины припрятан, и как теперь его до тайника донести незаметно.
— Грибов гляну, Волыня давеча хвасталась, набрала полную корзинку.
— И я с тобой.
— Ладно, — кивнула, подумав, что отвлеку ребёнка и сбегаю до схрона, — только быстро, а то Бажена чего придумает.
— Я мигом, — обрадованно воскликнула Агнешка, срываясь к подклети за корзинкой.
До ближайшего леса идти было недолго. И вскоре мы вырулили на знакомую тропинку, петляющую между деревьев, кустов и валежников. От полуденного солнца, от ароматов трав, обволакивающих как туманом, кружилась голова и щемило сердце.
С грустью глядя на скачущую вприпрыжку девочку, я понимала, что буду очень скучать по этой любознательной и искренней малышке. Но и остаться в Ручейках не могла, да и не хотела. Не моё это место, хорошо здесь, спокойно, но тянет меня дорога… Поздними вечерами, когда мир замолкает, а звёзды перемигиваются, кто-то настойчиво нашёптывает мне — Там судьба твоя…