— Ну и что? — фыркнула Лещинская. — Все равно я вас двоих как стоячих уделать смогу. Одному кабину разнесу, а второму баки продырявлю. И если ты не взорвешься вместе со своим «Вулканом», то без своей смеси все равно не боец. А дополнительного вооружения у тебя нет.

— Ты сначала сблизься на атакующую дистанцию, а потом попади из своих пукалок, — в ответ буркнул я.

Конечно, я немного утрировал. Пистолеты Лещинской, хоть и весьма условно, могли стрелять даже очередями, и каждый выстрел благодаря размеру по силе не уступал моему из монстробоя. Так что по идее она и со ста метров могла попасть и наделать дел. В ответ Лещинская лишь насмешливо фыркнула, всем своим видом показывая, что она точно попасть сумеет. Вот же язва.

Не выдержав, я снова заговорил:

— Только ведь я на Рубаке воевать не буду. Он мне нужен только для того, чтобы смотр пройти и продемонстрировать свою готовность к защите Родины и выполнить предписанные законом правила. А там уже в полку мне выдадут нормального меха. Как минимум «Стрельца». И я тогда посмотрю, что ты мне сделаешь на своей «Саранче». Я тебя с полукилометра с одного выстрела на куски разнесу, даже не дав сблизиться. Ну а если добежишь — посмотрим, что ты на своей шмакодявке против сорокатонника сделаешь.

Я замолчал. Лещинская тоже явно обдумывала, что сказать в ответ.

Давид, глядя на это, лишь тяжело вздохнул и качнул головой:

— Ребят, мы же вроде с тварями воевать должны, а не друг с другом.

Лещинская снова фыркнула, явно оставшись при своем мнении, затем посмотрела на Давида и, тяжело вздохнув, спросила:

— А откуда у тебя «Вулкан», сын гор? Да еще новый — он же почти тридцать тысяч стоит.

— Двадцать семь, — поправил Давид. — Нам скидку сделали. Там вообще-то забавный случай вышел. Я ведь должен был отправиться на учебу вообще на «Саламандре».

Я даже не сразу вспомнил, что это вообще такое, древний мех, один из первых, ровесник моего Рубаки. Выпуск прекращен лет тридцать назад.

Давид продолжил рассказывать, даже улыбнувшись:

— Но перед отправкой на службу генерал-губернатор решил лично осмотреть всех Одаренных и их мехов. А у меня прямо во время смотра отвалилась нога, и я посреди плаца вместе с мехом и рухнул. Ну, там, понятное дело, скандал. Князь Голицын лично пообещал отправить всех сыновей князя Эривани на фронт, если тот мне нормальный мех не предоставит в течение трех дней. А он — человек слова, в наших краях это все знают. Князь Эривани, чтобы успеть, даже дирижабль нанял, чтобы из Нижнего Тагила шагоход доставить.

— Повезло, — кивнула Лещинская. — Хороший мех достался, может, с ним еще и поживешь. А ты, получается, кабальник этого князя и по договору с ним на службу пошел — его долги закрывая?