Явно трофейная команда, присовокупившая к своим обязанностям еще и функции команды похоронной. Трофеи, они всем нужны, но Парамонову больше, он нигде на довольствии не состоит, его командование не покормит. Так что фашисты неправы, нефиг было им на эту поляну лезть, не их территория. Даже в локальном масштабе не их. Вот только идти доказывать свои права и отстаивать свою точку зрения аргументов у Александра не имелось. Все аргументы или висели за спинами немцев, или лежали на поляне.

— Что будем делать, а?

— Да понятно, что. Полежим чуток, потом поползем взад. Не с чем нам на этих рыпаться.

— Понятно, что нечем. Обидно просто. Давай хоть вокруг обойдем. — Алексей и лезть дуром не хотел, и есть хотелось сильно. А тут телега, немцы, трофеи. Кто знает, чего у них там припасено.

— Слушай тогда, сейчас вертаешься за Василием, и аккуратно крадетесь по правой руке вокруг поляны. Встречаемся в районе лошади.

Парамонов даже сам удивился себе. Откуда эти словечки полезли типа «вертаешься»? Что за словесные обороты «в районе лошади»? Никак начал подражать не-пойми-кому. «Иже паки херувим» еще бы сказал. Он городской по легенде и по факту, пусть эти подстраиваются под грамотную речь, а не наоборот.

На карачках, посапывая по-ежиному он полз вокруг поляны в сторону дороги, пока не наткнулся на еще одно тело. Боец красной армии уползал со смертельным ранением подальше с глаз, ведомый инстинктом или пытаясь занять удобную позицию? А уже неважно. Главное он сделал — утащил свою винтовку, не дав её затрофеить врагу.

Если бы немцы более внимательно обошли поле боя, если бы они смотрели под ноги… Но у них была чёткая цель — собрать оружие, чтоб не валялось, вывезти погибших камрадов, зафиксировать местонахождение убитого противника и количество трупов. Потом пригонят местных, они закопают тела. Непорядок, если трупы будут валяться везде как попало, эпидемия может случиться и вообще. На новой немецкой территории будет такой же порядок, как в фатерлянде, пусть не сегодня.

«Спи спокойно, братишка» — шептал Александр, вытягивая из-под тела ремень с подсумками. Сидора рядом с покойником не было, а по карманам лазить Парамонов счел невозможным. С точки зрения учета погибших это бесполезное дело в масштабах той бойни, какая сейчас разворачивается в Белоруссии. Да и кому он понесет собранные солдатские книжки?

Лежа на боку, Парамонов вытащил затвор, посмотрел на просвет ствол — есть свет в конце тоннеля! Патроны тоже есть, так что… а что? Уработать троих солдат противника, так или иначе обученных, с такой дистанции может помешать только их нежелание служить мишенью. Не побегут, так упадут на землю, прятаться станут. А еще они могут начать отстреливаться. Что значит могут — точно станут!