— Да это не потому, что бежали быстро, — с улыбкой вступил в беседу Алексей, — нас просто оглушило маленько. Сейчас вроде отошло, но всё равно звенит. Или словно строчит кто-то из автомата.
Все замолчали, а потом услышали — в лесу в самом деле раздавались выстрелы.
— Не понял. — Лаконично прокомментировал ситуацию председатель. — На хвост что ли сели? Откуда такой задор у господ фрицев?
— А в кого они стреляют, если мы тут? — Василий был само недоумение. Совсем сдурели?
— Не, не сдурели. Просто патронов много, чем рисковать, им проще кусты причесать из автомата в подозрительном месте.
— И чего будем делать? Бежим?
Все обратили внимание на Александра, который выпал из беседы и что-то царапал карандашом на клочке бумаги. Через минуту от выдохнул и скрутил бумажку в трубочку.
— Такая вот петрушка выходит, что прямо нам нельзя. И криво нельзя, и не предупредить Гната тоже нельзя. Геннадий, тебе задание: вот эту шифровку передаешь командиру партизанского отряда и на словах рассказываешь, что мы тут сотворили.
— А вы?
— А мы немного поводим немчуру по лесу. Через пару суток вернемся, когда хвост скинем. Не вести же их на хутор, сам понимаешь.
— А чего я сразу? Давайте, я в засаде буду, а пойдет пускай…
— Отставить пререкания, Петров! Ноги в руки — и бегом! От тебя зависят жизни партизан и возможность выполнения ими боевых задач. Автомат берешь и к партизанам. Понятно?
— Понятно, дядя Саша.
Эпилог
На сцене актового зала средней школы стояла старшая пионервожатая и смотрела в зал. Сказать, что ей было приятно видеть занятыми все места было бы неправильно — по-другому и не могло быть. Дело не только в дисциплине, просто на встречу с ребятами пришел сам Петров! И сейчас она объявляла его выход на сцену:
— Дорогие ребята! Сегодня у нас в школе состоится творческий вечер всем известного писателя-фронтовика Геннадия Павловича Петрова. Все вы конечно читали его новую книгу «Штатские». Все читали?
— Дааа!!! — Шумно и дружно ответил зал.
— Тогда встречайте нашего уважаемого гостя аплодисментами!
На сцену, слегка прихрамывая, вышел и коротко поклонился седой мужчина лет пятидесяти. Он сел за столик, стоящий посередине и придвинулся к микрофону.
— Здравствуйте, товарищи! — В его обращении было столько убедительности, что все сразу поверили — они и в самом деле его товарищи. Все, даже двоечник Семенов, до этого сидевший вполоборота к сцене.
— Здравствуйте! — Раздалось в ответ.
— Знаете, я как-то не любитель рассказывать. Если у меня есть, что поведать людям, я сразу это записываю в специальный блокнот, а потом вставляю в свои книги. Если мысль умная и приличная. Так что всё, что мог, уже написал. Давайте, вы просто будете мне задавать вопросы на интересные для вас темы, а я стану отвечать. Постараюсь не врать. — И все в зале засмеялись этой шутке. Дети помоложе смеялись, потому что взрослые и так не врут. А старшие ребята знали, что не врать взрослые не могут, им нельзя говорить всю правду. Кстати, в зале присутствовали не только пионеры, пришло даже некоторое количество комсомольцев, у которых не было обязаловки. Просто книги Петрова нравились, хотелось увидеть писателя вживую. И услышать.