— Нас тоже осталось немного. И они тоже Инки, Ворон. Если бы я делал все как положено, ты бы сидел в анимариуме. А ее, — я чуть заметно кивнул в сторону Алисы, — подчинила бы азур-сущность. Но я предпочитаю действовать так, как подсказывает мне совесть. И вы сейчас со мной, здесь. Это тебя не убеждает?

— Убеждает, — сказал Ворон. — Только это и убеждает. Прометей всегда видел дальше остальных. Будь по-другому, я бы уже убил тебя.

Он сказал это спокойно, глядя в глаза — и я понял, что убийца Одержимых говорит правду. Алиса шевельнулась рядом, уловив мою невысказанную мысль, но я жестом успокоил ее — для тревоги не было оснований. Меня интересовало немного другое. Сейчас, пока Стрелок передает мое сообщение вражеским лидерам, возникла небольшая оперативная пауза, можно было поболтать по душам и выяснить кое-какие давно подвисшие моменты.

— Есть еще одно, верно? — усмехнулся я. — Месть бессмысленна. Погибших не вернешь. Ты отправил за Грань кучу народу, тебе стало легче?

Ворон вздохнул. Его пси-поле казалось принадлежащим почти нормальному, рассудительному человеку. Нет отблесков кровавого безумия, которое вновь всколыхнулось при виде Стрелка. Задумавшись, он ответил не сразу:

— Сначала мне казалось, что да. Потом… я начал получать от этого удовольствие. Убивая. Мучая. Причиняя боль. Сегодня… это проявилось снова. Ты остановил, правильно. Спасибо. Меня тошнит от того, каким я был раньше. Больше… не хочу.

Это признание многого стоило. Старые Инки — ходячий кладезь психических расстройств, человеческая природа не выдерживает бессмертия и могущества. Мой ментальный дар позволял им вновь обрести собственную целостность. Кай, Алиса, Ворон, да и все остальные — они ведь шли за мной не просто так. Это стоило использовать, и на это я особенно рассчитывал, готовясь к переговорам с Одержимыми.

— Расскажи мне, как все начиналось. Ты ведь был в Городе, когда Одержимые вернулись с Черной Луны?

— Нет. Почти все Инки, кто был в Городе, погибли. Я тогда отлучился — снимать Тревогу в один из аванпостов «Европы».

Его голос казался почти равнодушным, хотя в огне «Абсолюта» сгорела вся его семья, включая детей. И все близкие друзья. Удар уничтожил больше двух тысяч Инков — всех тех, кто оставался защищать Город, когда основная часть Первого Легиона отправилась на Черную Луну. Жертвы среди мирного населения исчислялись сотнями тысяч. Вероятно, тем, кто вернулся на руины Города, казалось, что системе Стеллара нанесен смертельный удар.

— Получается, уцелели только те Инки, что были вне Города?