Прошел в пустую комнату, в которую всё никак не соберусь хоть какую-то мебель сунуть. Улыбнулся, вспомнив, как Владимир Александрович рассказывал, что я чуть не в общежитии приютился, «в комнатах при больнице». А у меня отдельная площадь для занятий спортом. Но в особняке места еще больше. Флигель в саду приспособить можно частично, в холодное время года туда прятаться. А это примерно десять месяцев из двенадцати, если судить по местной погоде. Агнесс, наверное, займет тот кабинет, что из дубовой гостиной налево…

Такая тоска вдруг взяла, я даже по стене стукнул, чтобы успокоиться немного. Что я здесь верчусь как белка в колесе? Чего ради? Стоит только сесть в поезд, и через два дня я в Вюрцбурге. Хорошо там сейчас, наверное. С приходом осени появятся красные листья кленов, чисто, уютно. Снег выпадет не раньше ноября. И Агнесс моя там. На кой ляд мне отправлять туда каких-то курьеров, если сам могу поехать? Возьму у Сергея Александровича рекомендательное письмо к тамошнему принцу Альбрехту, да и помчусь. От Франконии ехать сотни три с половиной километров, даже на простом поезде часов семь. Устрою Гамачеку дворянство, будет рад. Кстати, можно ведь и у Эрнста-Людвига попросить титул! Почему это Лиза про братца не вспомнила? Хороший мужик, мы с ним неплохо общались, неужели отказал бы сестре? Или там высокая политика? Но я у Великого князя спрошу. До Гессена еще ближе добираться.

Решено, сейчас закончу утренние неотложные дела, и попробую связаться с председателем Госсовета.

А вот еще госпожа Ельцина, радетельница за мое добро. Надо у Дмитрия Леонидовича расспросить, что это за птица. Может, и правда сделать ее исполняющей обязанности главврача? А сами с Романовским в вояж отправимся. Тяжелое это дело — кататься в вагонах первого класса, жить в императорских номерах гостиниц, ужинать в лучших ресторанах и выступать перед восторженными поклонниками. Но ради науки я готов претерпеть и такие лишения.

Но голова гудит всё же. Надо бы аспирину выпить, в таких ситуациях хорошо помогает. А ведь нету… Точно, не помню, что видел в аптеках. Да не может быть такого!

— Эй, кто там есть живой! — крикнул я в пустоту.

— Ваше сиятельство, — показалась одна голова Вовки из-за двери. — Чего изволите?

— Чтобы ты из-за угла не выглядывал, а заходил достойно, с поклоном. Скоро во дворце собственном жить будем. Важные люди, великие князья, будут приезжать.

— Ой! Сами великие князья⁈ С-страшно!

— Не ойкай. Надо бы тебя отдать к дворецкому Сергея Александровича. Очень обстоятельный мужчина. А лучше сначала твоего брата. Обучитесь по очереди.