Кивнув, отвечаю.

— Если к вам кто-то придёт — безусловно. У вас всё равно не будет иного выбора. Можете даже сами пойти в полицию и сказать, что вас держали в заложниках. Но только, когда мы уберёмся из города.

Бабуля ещё раз косится на своего мужа. Подтверждает согласие с правилами.

— Обещаю, что никто из нас не попробует причинить вам вреда. Если вы в ответ не тронете никого из членов нашей семьи.

На этом и сходимся. Усмехаюсь, поняв, что в процессе разговора, пачка марок уже успела исчезнуть где-то под одеждой старой женщины.

Закончив общение, обращаю внимание на Аню, которая скрестив ноги уселась на полу, уткнувшись в обнаруженный ноутбук. Сначала думаю, что она просматривает ролики, но подойдя, вижу, что напарница шерстит сайты всех японских кланов. Приглядевшись, понимаю, что в момент, когда я пытался найти нужную «семью», отталкиваясь от истории со сломанным мечом, мой мозг явно нещадно тупил. Ведь у меня было имя их главы клана. По которому, намного проще найти нужную информацию.

Оставив Свортову заниматься поиском, сам тоже нахожу устройство для сёрфинга в сети — планшет, лежавший рядом с телевизором. Судя по многочисленным установленным играм, раньше его использовали дети. Узнав пароль, ввожу его и располагаюсь на маленьком диване у стены, откуда можно обозревать всю комнату. Положив рядом «Витязь», просматриваю новости в сети, периодически бросая взгляды на наших «заложников».

Сразу находится целая пачка материалов, в которых расписывается, как двое кровожадных «генизлов» атаковали бизнес-центр и перебив охрану, добрались до офиса другой «семьи» на третьем этаже, где убили всех работников и руководителя, зверски его запытав. А после завершения своего танца боли, ввели в заблуждение прибывшую на вызов полицию, в итоге отправив на тот свет ровно десять патрульных.

К части новостей прилагаются фото и видео с камер наблюдения первого этажа, на которых изображена полуголая Аня, забрызганная кровью. Открываю подборку фотографий. На первых девушка стоит с поднятыми вверх руками, а на следующих уже ведёт огонь из пистолета. Есть и видео со второго этажа, где мы вкалываем себе «химию».

Впрочем, ничего нового я не узнаю. Никто из «семей» с официальными заявлениями не выступал. Единственная публичная активность по поводу наших действий — выступление начальника местного УВД, утверждающего, что его ведомство сделает всё для поимки преступников.

Процесс изучения новостей прерывается воплем Ани.

— Нашла!

Поднимаю на неё удивлённый взгляд и девушка считает нужным пояснить.