Заебос исчез в тенях, а на том месте, где он стоял, осталась книжка в чёрном переплёте, больше напоминавшая путеводитель. Демон будто специально оставил её.
Подняв книгу, я почесал затылок и открыл её, увидев мелкую запись от руки перед первой страницей.
«Райнер, эту книгу мне подарил один монах в Индийской Империи, куда я заглянул и не сказал тебе. Я знал, что ты будешь злиться, но ты должен понимать, что раз я бегу от Маркуса, то оставаться в одной лишь Российской Империи будет глупостью. Так вот, надеюсь, что этот сборник поможет тебе в дальнейшем познании жизни и самого себя» .
Сам язык явно был Хинди, но поверх каждого слова был ручной перевод почерком Заебоса.
— Сто двадцать две позы, как доставить удовольствие себе и партнёру… — прочитал я первые строки и понял, что за книгу решил подарить этот клоун. — Я его прикончу…
Глава 19
Два дня прошло с момента покушения. Поместье продолжало отстраиваться, Гордеевы радовались и недоумевали от количества заказов и того, что контракт дополняется и изменяется постоянно. Теперь вместо одной казармы мне нужно было сразу три, что как бы удивило прорабов и Гордеева Кирилла Григорьевича. Среди работников он ещё был известен как просто Горыныч. И пусть так они называли его за глаза, сам мужик на мифического персонажа был похож с натяжкой. Хотя… Когда Ефрем его споил, что-то такое проскальзывало, но все люди в пьяном состоянии немного «иные». Так вот, Кирилл был связующим звеном между мной и своим родом. Являясь вторым племянником главы, мужчина вёл дела и соблюдал букву контракта, которая, как я и говорил, менялась постоянно.
— Дим, ты меня добить хочешь, да? — массировал он переносицу. — Помимо проекта «Авалон», ты хочешь ещё и установить по периметру территории…
—…большие пушки, — с ухмылкой закончил я за него. — Всё верно, Кирюх.
— Это будет дорого.
— Я знаю.
— Очень дорого, — вздохнул он.
— Я знаю.
— Ты понимаешь, что проект «Авалон» встанет в копеечку? — завёл он тему о бункере. — Не хочу тебя оскорбить, но ты уверен, что потянешь?
Без слов я достал из кармана необработанный алмаз и подкинул ему. Горыныч поймал, оценил, охренел и сказал:
— Вопросов не имею, будем работать. И прошу прощения за своевольность. Желание клиента — закон. Мне нужно связаться с некоторыми людьми и организовать поставки.
— Которые потом нужно будет подтвердить лично, — улыбнулся я ему.
— Разумеется, — обижено сказал он. — Я предоставлю тебе списки через Терентия.
Кого-то другого такое отношение со стороны Кирюхи и меня могло смутить. Мы оба аристократы и такое как бы… моветон. Всё же он работник, а я наниматель, вот только Горыныч уже столько варится у меня в поместье, приезжая сюда чуть ли не каждый день, что мы как-то сдружились. Да что тут говорить, тот самый скользкий момент с Ефремом был как раз на этой почве. Со стариком они нашли общий язык, как и с дедом, а также с другими домочадцами. Проще говоря, мужик из Гордеева Кирилла Григорьевича переквалифицировался в просто Кирюху и стал своим в доску.