— Главное, чтобы они выжили, а с остальным разберёмся, — улыбнулся человек, произнеся слова, которые приятно согрели душу былого воина ящеролюдей.
Двое хранителей старейшин, что дежурили у входа в шатёр, пропустили его внутрь, а Гор-Рок остался снаружи. Ему было запрещено заходить в это место. Ящер постоял ещё десяток секунд, а затем развернулся и двинулся обратно. Пусть он и не был уверен, что переговоры пройдут идеально, но уже принял решение. Даже если Райнер не поведёт их, и ему найдут замену, то Гор-Рок сам отправится с ним. Пусть он уже стар, но после сегодняшнего дня сердце воина твердило ему, что так будет правильно.
Вот только кое-что не давало покоя Гор-Року. Та оговорка, которую Райнер сказал, когда взялся за дело всерьез.
— Третий и Четвертый Легионы… Кто они?
Глава 9
Разговор со злобными и недовольными жабами затягивался. Я изначально планировал потратить на него немного времени и отправиться спать, но моя выходка им не понравилась. Они начали качать мне права и заявлять, что самые главные в этой тусовке ящериц, решивших повоевать. Не всех, но многих из них не устраивал тот факт, что армию поведёт человек, а не великий ящеролюд, которого благословит Пророк. Разумеется, это были их половые трудности, о чём я успешно сообщил и с усмешкой сказал лишь: «Раз в моих услугах вы не нуждаетесь, то я пошёл. Разбирайтесь сами».
По жабам было видно, что те не привыкли к такому отношению, и если с племенем Гор-Рока у нас было взаимопонимание, то с остальными — нет. Мне преградили дорогу два охранника, когда одна из жаб отдала приказ.
Я на это только улыбнулся и начал лениво осматривать шатёр. Внутри он был больше, чем снаружи, что намекало на магию и расширение пространства. Хитрожопые жабы. У них солдаты в дерьме ходят и мясо жрут, а они владеют магией пространства и шикуют деликатесами. Типичная иерархия, где тот, у кого есть власть — шикует, а остальные их кормят.
Наверное, если бы не мой ход с преобразованием структуры лагеря и хорошего знакомства с добрыми жабами, то я бы этих идиотов тут и закопал.
— Мы — старейшины племен! И ты уйдёшь только тогда, когда мы разрешим, человек! — вопила самая болтливая из них, сотрясаясь подбородками и жиром.
Перестав рассматривать украшенный золотом и драгоценностями шатёр с вазами, коврами и разнообразными статуэтками с мебелью, я обернулся к этому говоруну.
— Я, кажется, тебя плохо расслышал. Ты что-то там про разрешение говорил? Спустись со своей кровати и шепни на ушко, а то твой лепет сложно разобрать.
Злобные жабы опешили и в унисон заголосили, что за такую дерзость меня стоит казнить, а добрые жабы, которые наливали мне дюшес, наоборот, улыбались и кивали в знак одобрения.