Обманный финт он пропустил, и меч ударил по его рукам, выбивая оружие.

— Ай-ай! — затряс он кистями. — Больно!

— Конечно, больно, — засмеялся я и отошёл, поигрывая клинком. — Продолжим или уже сдался?

Поджав губы, мальчишка поднял меч, не отрывая от меня глаз.

— Молодец, — покивал я одобрительно. — Почти та самая позиция, что нужно. Левую стопу на несколько градусов… Ага, правильно.

Он сорвался с места и нанёс рубящий сверху, целясь мне в ключицу. Хороший удар, но опять оторвал пятку от земли. А нет, он специально это сделал, чтобы обмануть. Четвёртый раз на одну и ту же ошибку не попался, и моя подножка не удалась. Точнее… Я сделал так, что промахнулся.

Постепенно парень всё ускорялся, и пусть удары в большей степени несли хаотичность, чем точный алгоритм, но действовал он отлично. Инстинкты Грома, приобретённые на улице, работали, как надо.

Прищурившись от лучей солнца, ударивших в глаза, я вдруг ощутил клинок у своей шеи и холод стали.

— Я-я… Фу… Я-я победил! — еле-еле стоя на ногах и обливаясь потом, сказал он с улыбкой.

— Ты в этом уверен? — ухмыльнулся я и показал взглядом на его пах.

Парень медленно опустил глаза, увидел меч между ног и сморщился.

— Ничья тогда?

— Повторю вопрос: ты в этом уверен? — Моя ухмылка стала шире.

Сделав крошечный шаг к нему, сильнее упёрся в лезвие у шеи. Мальчишка испугался и отступил назад, споткнувшись о сук и плюхнувшись на задницу.

— Да чтоб тебя! — выругался он, ударив кулаком по земле.

Засмеявшись, подал ему руку и потрепал по волосам.

— Для первого раза неплохо, но запомни, твой враг тоже может быть хитрым.

Развернувшись, двинулся к нашим баулам, желая промочить горло. Но только я прошёл несколько шагов, как услышал за спиной:

— Спасибо, Дим… Нет, учитель…

Я остановился, а перед глазами на короткое мгновение будто вновь появились стены крепости, тренировочные площадки и наставники. Не думал, что окажусь когда-нибудь в их шкуре… Но теперь я понимаю, почему после стольких трудов и вбивания в головы юных Охотников науки, они улыбались так, как не смог бы даже любящий отец.

— Идём, ученик, — махнул я рукой, обернувшись к мальчишке с улыбкой. — Пора возвращаться.

По прибытию обратно в поместье и приведя себя в порядок, мы с Яриком отправились на ужин. Теперь домочадцев стало больше, а потому пришлось покупать новый обеденный стол в зал. Дед, как и полагается главе рода, сидел во главе стола, я — по правую руку от него с Кристиной, Ярик — напротив меня, а девчата и Ефрем кто где. Перун с Иванычем и Романенко тоже иногда присутствовали, но больше предпочитали делить пищу с бойцами.