Безумству храбрых поем мы песню…

Это точно. Только с твоего разрешения я петь не буду, у меня это дерьмово получается на трезвую голову.

Усмехнувшись собственной шутке, — кажется, я совсем плох стал от яда, — я поднял лук с наложенной стрелой, и, не натягивая нацелил его на дарга. Рука ходила ходуном, стрела плясала и гуляла, и даже упала с полки — пришлось ее поправлять.

Ну давай, организм, не подведи. Один раз напрягись. Всего один раз. Больше и не нужно.

И, стоило мне взяться за тетиву и, рефлекторно выдохнув, потянуть ее к уголку рта, как из мышц ушла дрожь, и даже боль в руке как-то отодвинулась на второй план. Телом завладел рефлекс стрелка. Это всего на секунду, на одно короткое мгновение.

Но мне больше и не нужно.

Я отпустил тетиву и с облегчением отпустил и лук тоже. Он выпрыгнул из руки следом за стрелой, упал на выпачканную какими-то техническими жидкостями траву, и следом за ним упал и я — пока что только на колени. Глаза мои неотрывно были прикованы к уходящей в точку стреле, к тому, как она изгибается влево-вправо, будто рыба, преодолевающая сильное течение, как машет мне веселым красно-белым хвостовиком, как касается спины дарга…

И отскакивает от нее, ломаясь пополам…

Ах да… Я же совсем забыл про красный дым, который надо было влить в стрелу…

Дарг недоуменно замер на секунду, а потом заворочался, выбираясь из купе, в окно которого он так и не успел влезть. Крутнулся на крыше, ища взглядом обидчика, увидел меня, и грозно рокотнул.

— Тебе что, не понравилось? — притворно удивился я. — Я думал, все любят, когда им спинку чешут!

Правая рука нырнула в карман и вынырнула обратно с зажатым трофейным ножом Шубы. Щелкнула пружина, клинок вырвался на свободу, и я слегка пошевелил им в руке, ловя солнечные лучи и посылая в морду даргу зайчиков:

— Ну подходи, давай. Еще почешу тебе спинку. И глазки тоже почешу.

В бою против человека я бы никогда не стал демонстрировать, что у меня есть нож. Но это же тварь. Может, даже частично разумная, но все равно — тварь. Животное. Даже если он знает, что такое нож, он точно знает, что я ему им ничего не сделаю.

И я это тоже знаю.

Но это не значит, что я не буду пытаться.

Дарг прыгнул прямо с крыши вагона, растопыривая лапы и нависая надо мной. Он закрыл собой солнце, я прищурился и занес руку для колющего удара снизу-вверх, пытаясь не упустить момент. Возможно, если я смогу попасть прямо в сердце, длины клинка хватит, чтобы…

Ш-ш-шах!..

Ослепительная красная молния распорола небо, и дарга распорола тоже! Натурально порвала его пополам, так что две половинки полетели дальше по отдельности, нелепо вращаясь вокруг своей оси! Нижняя половина рухнула мне под ноги, верхняя пролетела выше и с влажным шлепком впечаталась в стену вагона!