— Да, прозвал её Изурском для просторы. А местные кличут пафосно, «Грандион». Я вроде понимаю, к чему Вы клоните, Алексей. Сам был бы рад перенести боевые действия на их территорию, но не думаю, что это сейчас возможно. В формате диверсий и дестабилизации — да, в формате серьёзной войны — нет. Ни о каком снабжении нет и речи, как и о тяжёлой технике. А учитывая, что их боги сильнее…
— Вот уж не думал, что когда-то в войне будет так решать божья помощь.
Помолчали. Алексей записывал что-то на картонном планшете. Ручкой, по бумаге!
Затем снова заговорил:
— Ладно. С безопасностью решено, проблемы в этом нет. Мы, собственно, уже немного занялись этим вопросом, перехватили один отряд, который направили в Ваш город.
— Будет ещё один дипломатический скандал?
— Не должно быть, — широко улыбнулся он, — иногда секретность здорово играет против самих секретничающих!
— Поясните? Я с Вами поделился, вроде бы, очень ценной информацией.
— Поясню. Прибыл борт с очень специфическим оборудованием. И операторами. Грубо говоря — нечто вроде робо-снайперов. Надо ли говорить, что заявить об утере они не могут? — всё с той же улыбкой.
— О как. Ну хоть не самонаводимые дроны-камикадзе…
— Такие, кстати, тоже бывают. Но работают не так надёжно, да и других проблем хватает. Пока. Продолжая наш разговор о сотрудничестве, я правильно понимаю, что интересы Вашего «нанимателя» будут в приоритете?
— Против своих действовать я не собираюсь. Не могу гарантировать, что не будет миссий, как-то вредящих нашему государству, но почти уверен, что на такую не направят меня. Наниматель достаточно умён, чтобы не давать задание тому, кто будет саботировать её.
— А есть и другие? А Вы будете саботировать такую задачу?
— В силу своих возможностей. Я всё же посланник, а не безмозглый раб. Насчёт других — точно не знаю. Но набрать новых — точно не проблема. Если меня не станет, моё место займёт кто-то другой.
Фраза «менее лояльный» повисла в воздухе так и не прозвучав.
* * *
Меня разместили в небольшом отеле на окраине. Не знаю, сколько ещё дней продлятся эти вежливые допросы, но явно не меньше двух-трёх.
Возможно однажды я пожалею об этом решении, но всё же мне пришлось довериться государству. Да, возможно однажды они станут шантажировать меня жизнями близких, но надеюсь в таком случае я смогу как-то решить проблему.
Быть вечно в противостоянии со всем миром — очень сложно. Даже притом, что возможностей у меня сейчас невероятно много, моя человеческая натура очень плохо переваривала такое.
Неприметность дачи в пригороде — кое-какая защита, но с тем, как упорно копают вражеские разведки, её не хватит надолго. Что её мне делать? Прыгать по всему миру каждый второй день? Занять какой-нибудь необитаемый остров?