Парень думал очень тяжело, но недолго. Сообразительный, понял, что времени на размышления у него нет.
Залез в сумку, а затем я легонько затянул завязки на его шее.
Хорошо, очень хорошо!
Глава 8 Диктатура
Бить парня по голове я не стал, вместо этого использовал препарат, который Деокс в своё время достал с немалым трудом. Тогда мы собирались «отключать» гоблина, а вышло вот как.
Пришлось уговаривать парня дышать в маску с пропофолом, он всё ещё ожидал какого-то подвоха.
Хотя какой может быть подвох?
Доктор очень рекомендовал мне не перебарщивать с дозировкой, но я перестраховался и подержал маску на лице лишний десяток секунд, когда парень уснул. Рыжеволосый пацан чуть младше сестрёнки жены. Убивать его не было никакого желания.
Разве что туповат и высокомерный. Если начнёт буянить — это немножко успокоит мою совесть.
Быстро достал из сумки и связал руки за спиной. В очень, очень неудобном положении. Ещё и стальным тросом.
Только затем занялся лечением. Кость левой голени была раздроблена, быстро я такое точно не исправлю. Ограничился пока тем, что спаял сосуды и остановил кровотечение. Затем загрузил четыре мёртвых и одно живое тело в сумку и направился дальше на север. Не знаю, почему именно туда, по сути просто выбрал наобум.
Где-то на пятнадцатой минуте он начал просыпаться, тогда бережно выгрузил его и снова стал пробовать навести мосты.
— Голова… так болит…
— Знаю, препарат не самый приятный, но я должен был быть уверен, что ты ничего не учудишь. Ноги подлечил, кстати, как видишь. И ещё подлечу.
— Угу.
Наложил ему руку на лоб и запустил ещё одно исцеление. Вообще странно, что он говорит о головной боли, а не размётанных в клочья ногах. Три пули прошили его ткани, две — правую и одна левую. Благо американские спецназовцы заряжали бронебойные патроны, а не экспансивные. Эти просто оставляли в тканях тонкий раневой канал, а те бы рвались внутри на десятки мелких осколков.
За два-три Исцеления я смогу вернуть работоспособность его правой ноге, а за 4–5 даже левой. Делать я этого, конечно же, не буду.
— Так легче?
— Полегче.
— Слушай, я правда не вторженец. Для моего мира вот эти игрушки, — я указал на автомат, лежащий чуть в стороне, — примерно как перочинный нож. Чтобы устроить вторжение мы бы привели танки, самолёты, ядерные… — я осёкся, ядерную бомбу то я и вправду принёс, — меня просто занесло сюда. А дальше — выживал как мог.
— А что тогда птиц убивал?
— Так напали же.
— Они нападают только на тех, кто вторгается на их территорию.
— Прости, там знаков предупреждающих не было. Где высадился, там и ходил. Меня как-то не встречали с фанфарами и не приглашали в город.