— Ой, давайте без этого. Я Вас двоих знаю подольше многих других присутствующих, не верю что у вас нет плана. Хватит нагнетения и драматических пауз. Мы уже успели понять, что дела плохи и нужно идти на отчаянные меры. На какие?
Это было сказано уже действительно немного весело, остальные ребята заулыбались. Переглянувшись с Красным, я дал ему знак начинать первым. Тот решил зайти издалека:
— Когда-то очень давно, мои предки придумали как не терять… мотивации, наверное, когда дела в бою действительно плохи. Если идти в безнадёжный бой, не нужно бояться проиграть. Иначе не сможешь одолеть ни одного вражеского воина.
— А можно ближе к делу? — ворвался нетерпеливый Марк.
— Душа пленного, похоже, уничтожена, — продолжил я, — Ленин по моей просьбе поддерживает жизнедеятельность, но Красный смог вытащить из неё нечто очень важное. А именно — координаты родного мира фей. Если на Земле нам нужно выдумывать «антибиотик», который выборочно атакует только слаймов, то там — нет.
— Если мы хорошо ударим по ним дома, вряд ли они смогут эффективно нападать «в гостях». Любая армия нуждается в снабжении. В подкреплениях. В поддержке из штаба, в разведданных и в координации. Но даже если всё пройдёт идеально — по человечеству всё ещё будет нанесён удар. Чудовищный удар, для которого они уже занесли руку. Грубо говоря, отчасти мы уже проиграли.
— И Красный предлагает… — с печальной улыбкой на лице произнёс я.
— Отомстить.
* * *
Последние приготовления проходили в спешке.
Да, мы понимали, что у нас всего одна попытка. Малейшая ошибка и от наших усилий не будет никакого прока.
Но с другой стороны, с каждым часом в наш родной мир просачивается всё больше тварей, которые будут пожирать нам подобных. Если они успеют собрать критическую массу (биомассу, ха!), правительства вообще ничего не сумеют сделать. Всю оборону сметут раньше, чем будут выработаны какие-то методы противодействия.
У меня уже было подозрение, что сейчас к человечеству подкралась такая угроза из-за того, что я медлил. Я в это не верил, но…
Мы торопились.
Трудно готовиться к тому, о чём почти ничего не знаешь. Планета слаймов — практически единый организм, где трудно разделить лито-, атмо- и гидросферу с биосферой.
Аррендил (покойный?) был там всего несколько раз, но я видел как он шёл по живому существу, которое казалось каменной твердью. Что, если вся планета там — живое существо, плавающее в «собственном соку», в полуживом океане?
Даже флора и фауна Изурска здорово удивила меня в своё время, что уж говорить о чём-то значительно более далёком от привычного человеческого понимания?