Я как раз почти закончил чертить широкий нижний полукруг нашего будущего лаза, потому… свернул и начал рисовать горизонтальный диаметр. Пролезем. Должно хватить.
— Ты чего?
— Так быстрее. Дронолёт пролезет?
— Должен.
— Тогда как закончим, соберёшь остальных и аккуратно полетите вниз. Хорошо?
— А если Рюу и Виктора всё ещё нельзя?
— Значит пойдём своим ходом.
Доктор кивнул с крайне мрачным выражением лица. На какое-то мгновение я вспомнил, кем он на самом деле является. Пожилой французский педиатр, потерявший жену и чуть не спившийся после. Находящий отраду в том, чтобы помогать другим людям. Ведь он не смог помочь себе, своей любимой. И сейчас этот сильный духом мужчина преобразился, находится на чужой планете и помогает мне пилить стену, чтобы мы могли превратить чей-то мир в пылающие руины…
Страшно уставший, не только от магии, но и вообще от всего происходящего.
Вспомнил лица Кима, Марка, Кадира… Такие же простые и нормальные люди, которым всё это совсем не нужно. Которые с огромным удовольствием бы лучше…
Мне пришлось физически потрясти головой, чтобы сбросить наваждение. Не сейчас!
Постарался с новой силой сфокусировать пучок маны, когда дорезал почти до центра не состоявшейся окружности. Осталось немного!
Бах! Бах!
По ушам действительно дало очень знатно, довольный японец выбежал из-за поворота и присел на колено, выставив в сторону врага автомат.
— Сколько?
— Может минута есть. Трудно сказать. Хватит?
Я покачал головой, не отрываясь от процесса.
— Виктор, тогда твой выход. Только я прошу тебя, давай подальше! Пойдём прикрою!
Теперь уже двое скрылись за поворотом.
Резать, резать, резать! Быстрее, а главное глубже! Прочность местной древесины для меня пока что секрет, но не думаю что выломать оставшиеся 10–15 сантиметров будет легко.
Три четверти прочерченного диаметра я закончил под отдалённые звуки бьющихся склянок. Через пару секунд услышал и вздымающееся пламя. По коридору достаточно быстро распространялся и горячий воздух, и вездесущий стелющийся дым.
Давай, давай! Немного осталось!
Вернулись.
— Что там?
— Толпа, что ещё, — ответил Виктор.
Кончик пальца, на котором формировался горячий луч я держал вплотную к загорающейся древесине, оттого он и сам уже был похож больше на уголёк. Больно, очень больно.
Но даже если в результате доктору придётся выращивать мне новый палец, наше спасение за переборкой того явно стоит.
— Готово! — мой голос никто не расслышал, потому что слитно застучали сразу четыре автомата.
Ударное ядро в этот раз было развёрнуто боком — ещё не хватало, чтобы моё осмиевое «веретено» намертво застряло внутри. Выстрел!