— Два раза? Неужели до воды не добрался ни разу?

— В первый раз. Я не смог отбить его огнём, иней даже сюда на стены выбрался.

— А ну-ка дай посмотрю. — Наставник приблизился к входу в подвал, щёлкнул пальцами, и в воздухе появилось светящееся облачко. После легкого движения руки оно заскользило вниз, освещая пространство в несколько раз ярче, чем мои файерболы. Без проблем преодолев две трети расстояния, облачко стало замедляться, а снизу раздалось уже знакомое уханье. И тут же звук капели сменился треском льда.

— Ничего не понимаю, — произнёс наставник. — Такого при моей жизни ни разу не случалось.

— Я видел внизу фигуру, — вспомнил я. — Ледяную, со множеством глаз на голове.

— Уверен, что не показалось? — насторожился учитель. — Хлад раньше не принимал облик. Ты смотри, он опять собирается атаковать, а ведь последние лет десять не чаще одного раза за алую ночь выползал. Джоун, неси ведро воды, то, что стоит рядом с жёлобом. Скорее, он снова пошёл на прорыв.

Свеча на кухне уже потухла, и ведро пришлось искать на ощупь. При этом я зацепил что-то острое и, похоже, сильно поранил тыльную сторону ладони. Наконец, наткнувшись на деревянное ведро, я ухватил тонкую железную ручку и поспешил назад.

— Выплесни в подвал! — приказал наставник, отступая в сторону. — Чтобы разлилось как можно дальше!

Прихватив ведро второй рукой за дно, я с размаху опрокинул воду вниз, навстречу снова поднимающемуся инею. Секунда, другая, звук обрушившейся воды — а затем мою правую кисть обожгло холодом. Снизу раздался не визг, а настоящий рёв смертельно раненого зверя, от которого заложило уши. Я почувствовал себя как тогда при взрыве гранаты, но без тошноты и слабости. Только рука — почему ей стало так холодно?

— Что ты сделал, ученик? — словно сквозь вату доносится крик наставника. Учитель хватает меня за руку, и я успеваю в который уже раз подметить, как на его чётках гаснет очередная бусина. В следующее мгновение наваливается темнота.

* * *

— Давай, помоги мне его поднять на стул, — откуда-то издалека доносится голос учителя. Я чувствую, как меня подхватывают под мышки и тянут вверх.

— Подождите, сам встану, — довольно внятно произнёс я и, почувствовав под рукой опору, помог себя усадить на стулья, укрытые шкурой.

— Ты чего учудил, Джоун? Специально руку рассадил, чтобы кровью одарённого ударить по Хладу?

— Случайно, когда ведро искал, — ответил я. — А что вообще произошло?

— Ты, похоже, сильно приложил Хлада. Это дух, которого привлёк артефакт, и который существует благодаря холоду. Я не знаю, был он изначально или появился позже, нужно посмотреть летописи. Однажды этот дух поднялся наверх и заморозил насмерть трёх монахов. С тех пор на доске появился алый камень, и в алую ночь никто не ложится спать. Похоже, он испугался тебя, когда ты устроил внизу парилку, и решил уничтожить угрозу. Это плохо. Нужно поднимать архивы и искать любые упоминания о чём-то похожем, а днём спуститься и осмотреть всё. Понимаешь, кровь одарённого — сама по себе мощное оружие. Вот только использовать её может не только владелец. К слову, не попади кровь Рэян в руки магистра земли — и он не смог бы наложить на неё столь сильное проклятие. Не разбрасывайся своей кровью, ученик.