— Мы с пришлыми и изгоями держимся. — наконец ответил хранитель. Последние дни ему приходилось много работать на передовой, прикрывая фаерусцев от ментальных атак Скверны. — А вот на основном фронте дела идут плохо. Войска Восточной империи разбиты на враждуюшие кланы и практически не подчиняются императору. Если бы не вольные баронства, постоянно атакующие агрессора из пустоши, считай в спину, оборонительные позиции востока уже давно бы были прорваны.
Разговор проходил в приёмном зале, здесь собрались все, кто не был на передовой. Десяток мроу, Рэян, Мау, хранитель, старый Хор и обслуга — все, кто остался во дворце. А потому, когда снаружи, за стенами дворца раздался громкий хлопок, никто не остался безучастным.
Выскочив на улицу одной из первых, Рэян, уже сформировавшая боевое плетение, тут же успокоилась. На тренировочной площадке появился портал, от которого сейчас шёл лишь один человек — Джамал. Даже с такого расстояния было видно, что могучий воин улыбается.
— Моя императрица! — помахал он рукой, встретившись глазами с дочерью семи ветров. — Радостная новость! Воины Фаеруса обрели силу! Нет, не старую, что досталась нам от предателя. Мы получили силу звёздного огня. Скверна больше не сможет подчинить нас, а воины Тароса потеряли все свое преимущество! Наш император Возвысился!
Глава 22 Месть Фаеруса
— Может всё-таки пошлём гонца? — послышался чей-то шёпот.
— Нет, я не стану рисковать своими людьми. — ответ был более громким, и голос показался мне знакомым. Так, где я? И что вообще произошло? Помню школу, затем…
Воспоминания накатили одной сплошной лавиной. Причём как мои, так и полученные из наруча, смешавшись в один сплошной ком. От такого ментального удара я чуть вновь не потерял сознание. Скрипнув зубами и неимоверным усилием воли очистив разум, открыл глаза и уставился в потолок.
— Ой, он очнулся! — вновь незнакомый голос. Бросив взгляд в сторону, увидел трёх мужиков, один из которых являлся старостой посёлка, где мне пришлось сражаться с болотными волками.
— Сколько? — мой голос прозвучал так скрипуче, словно я никогда в жизни не видел жидкости. Видя непонимание местных, добавил: — Дней сколько?
— Так это, седьмые сутки уже пошли, как мы тебя подобрали, вольный. Хотели ещё в первый день сообщить в школу, да у нас нет своего портальщика, а посылать гонца опасно. Кругом хищники повылазили, крестьяне бояться на поля выходить. Страшные времена настали.
То ли еще будет — подумал я, и приступил к созданию большой руны жизни. Плетение давалось легко, как никогда, а чувство, что надо экономить силу я послал куда подальше. Лабиринт позади, здесь мне не угрожают каждое мгновение десятки тварей. Пока работал, услышал шёпот одного из аборигенов: