— А в замок как попасть? Нет, это невозможное дело, — запротестовал Док.

— В замок попасть как раз не проблема, — вздохнул Гру. — Празднование будет на площади рядом, шум, музыка, драки, прочие развлечения. Проблема в том, что в мастерские должны попасть не только мы, но и ювелиры. Желательно больше одного. И еще они должны там охотно поработать. И их в это время никто не должен хватиться. Что сложно, поскольку богатые мастера имеют привычку обзаводиться семьями, детьми, домочадцами и любовницами. В общем, собрать мастеров и заткнуть рты их бабам — задача непростая.

— У-уэх! — мартышка воинственно выхватила нож.

Гребец шарахнулся, остальные тоже вздрогнули.

— Дорогуша, а это еще откуда⁈ — ахнул доктор.

Мартышка застеснялась.

— Без швабры прямо никуда, — мрачно констатировал Энди. — Ладно, это подождет. Джентльмены, предлагаю обдумать вариант с мастерской. Он действительно чрезвычайно сложен в исполнении. Поразмыслим, что иного мы можем сделать. Чем больше вариантов розыгрыша, тем лучше…

Сидели на корме в узком кругу. Манки согнулась втрое, спрятала голову между колен и на всякий случай заслонила затылок растопыренными пальцами.

— Ты зачем туда шныряла? — ворчал юнга. — Видишь, уходят товарищи «с дела». Догоняй без разговоров. Какой шмондюк дернул?

— У-ух. Интерес, — прошептала обезьяна.

— А нож зачем? Там, между прочим, все по местам лежало.

— Клык. Ценный. Ничей. Я не там брать.

Ножик Манки стащила действительно не с места побоища. Успела проскочить в мастерскую и прихватить рабочий нож — на самом деле довольно дрянной. Быстрая и бестолковая. Что касается «ничей» и «ценный»…

Энди посмотрел поверх скорчившейся островной фигурки на юнгу — тот развел руками. Да, с этим недодумали. Глупо. Считали ее обезьяной и девчонкой, но Манки же не тупая и вполне способна осознать какая для нее ценность — нож. Не просила, не пыталась украсть у команды — туг она все поняла. Ну, а в мастерской., «чей» или «ничей» там инструмент сказать действительно сложно.

— Во многих городах за воровство рубят руки. И лапы, — многозначительно сообщил Гру.

Мартышка поспешно подсунула лапы под себя и прижалась к доскам еще плотнее.

— Запомни про лапы и в следующий раз советуйся со знающими людьми. Полагаю, сейчас сэр Энди тебя накажет. И поделом! Могла нас всех подставить. Теперь страдай. А я спать пошел, — юнга соскользнул с крыши каюты.

Оставшиеся помолчали. Обе луны светили с кромки Саркандской Стены, барка покачивалась, тень согнутой обезьяньей фигурки скользила по «банкам», то удлиняясь, то укорачиваясь. Доносилось похрапывание доктора. Мартышка смотрела на Энди одним глазом откуда-то из-под переплетенных рук и ног.