* * *

Утро выдалось приятно-туманным. Якорь поднял Тисе — ему следовало привыкнуть к своенравному характеру лапоногого устройства. После битвы катер обзавелся и вполне обычным якорем саркандского производства, но хваткие лапы кер считались понадежнее.

Провожающих было немного: на берегу оставалась временная хижина со свежей камышовой крышей, причальчик, у него лодка, кажущийся в сравнении с ней великаном «Заглотыш», и двое будущих служителей маяка. Хотя, возможно следовало считать уже троих? В некоторых сторонах жизни Энди чувствовал себя сущим профаном, впервые взявшим кий в руки, и это нервировало.

Старина Магнус напомнил о регулярной проверке сальников, вдова прощально подняла руку. С кормы замахали отъезжающие: Ша и шуршулла расчувствовались, да и мужчинам было как-то не по себе. Но это пройдет, стоит выйти в море. Там все пройдет. Нечего грустить.

— Маяк-то как назовете? — крикнул Сан. — И как будет зваться город?

— Зарбаган. Зурбаганский маяк! — отозвалась Хатидже.

Энди зашел в рубку и дал приветственный гудок. «Снукер» двинулся к проливу. Новый шкипер открыл металлический шкафчик и в очередном приступе сомнений уставился на содержимое.

— Надевай, не сомневайся, — посоветовал стоящий за штурвалом Сан.

— Не отвлекайся. А то на камни прямо сейчас сядем и опозоримся, — проворчал Энди.

— Есть, сэр, не опозориться!

За время катерного ремонта изобильное содержимое «сейфового шкафчика» заметно поубавилось: часть прокладок, хомутов и крепежа пошла в дело. Но оставалось здесь еще порядком незаменимых ценностей. Очки лежали поверх связки полудюймовых кранов — отличные очки, просто до неестественности удобные. Выпуклые, с темно-зеркальным покрытием, плотно прилегающие к лицу и при этом удивительно легкие. Забрав никому не нужный древний ланцет, хитрый юнга попытался искупить свою вину. В общем-то, обмен катеру был выгоден. Но доверие ценнее любой прибыли. Энди попросту не мог дружить с людьми, которым не доверял. И с нелюдьми, тоже не мог. Именно поэтому было отклонено предложение Дока идти к Свинячьему архипелагу двумя кораблями. Бесспорно, помощь нищей царице и ее несчастным «свинкам» — благое дело. Энди без колебаний отдал половину своей доли серебра доктору — плавучей Амбулатории наверняка понадобятся средства, когда корабль доберется до цивилизованных мест. Но деньги это одно, а совсем иное дело — встретиться и заговорить с Ки. Все же даже у болотных джентльменов существуют определенные представления о достоинстве.

История с Гру, конечно, иное дело. Юнга вообще не красотка, и он даже почти не лгал, а делал свое дело. Не вина мальчишки, что некий слепой дурень проиграл ему поединок. Игра есть игра. Но изумительные очки надевать все равно не хотелось.