— Тершетта, — прошипел он.
— Слушай, это не то, что ты думаешь.
— Ты привела в мой магазин чертов основной род! — голос Арти был резким и громким, казалось, в нем нарастала паника.
— Вот это магазин, — пробормотал Альтаир позади нас.
— Заткнись!
— Альтаир. Я так и подумал по волосам. Что, черт возьми, ты делаешь, Нова?
— Арти, я могу объяснить.
— Знаешь, копировать символы основных родов должно быть преступлением, — снова вмешался Альтаир. — То есть, то что ты делаешь с этой дешевой подделкой?
Я оглянулась через плечо и увидела, как Альтаир указывает на кольцо, которое я у него украла, лежащее на бархатной витрине.
— Вообще-то, думаю, это твоё. Тершетта принесла его сюда на днях, — я ахнула, повернувшись к Арти и сверля его взглядом. — Если ты привела основной род в мой магазин, то я могу сказать ему, что ты воруешь. Теперь мы оба в полной заднице, — моя голова упала вперёд, в ладони, он был прав. — Я не помогаю шайтанам, Нова. Ты — моё единственное исключение.
— Она вряд ли шайтан, — заметил Альтаир, и звук лязга стекла от того, к чему он прикасался, вывел меня из себя.
— Я же сказала, заткнись, ты тупой, избалованный придурок! — крикнула я, заставив даже Альтаира остановиться. Его серые глаза расширились, полные розовые губы слегка приоткрылись. Он выглядел как ребенок, пойманный с поличным. Ухмыльнувшись ему, я повернулась лицом к человеку, который не раз помогал мне спасать семью. — Послушай, у меня нет выбора. Он мне не нравится, и я не хочу, чтобы он здесь был. Но если он донесет на меня, они меня убьют. Раньше говорила, что это просто, но это не так. Они ненавидят меня и хотят моей смерти. На самом деле, они настолько полны решимости не допустить, чтобы я пережила академию, что даже пытались выбросить меня из окна. Не могу дать им никаких формальных причин избавиться от меня, когда у них и так достаточно личных. Если я просто смогу заманить его к себе домой, дать ему какое-нибудь лекарство, а потом выгнать, может быть, смогу пристыдить и заставить замолчать. Это моя единственная надежда. В противном случае, у меня нет никакой надежды.
Арти отпрянул назад, вся эта информация повергла его в состояние полной неподвижности. Я позволила ему обдумать это, дав словам возможность глубоко проникнуть в его грудь — в сердце, которое, как я надеялась, достаточно заботилось обо мне, чтобы помочь. В какой-то момент он быстро заморгал, покачав головой.
— Это глупый план.
— Это единственный, который у меня есть. Сейчас у меня нет других вариантов. Пожалуйста, мне просто нужна одежда, чтобы Селеста его не узнала. Если она вообще не спит. Они все могут спать. Если да, то я смогу спуститься в свою лабораторию, приготовить тоник, вылить его ему в горло и уйти.