Константин Александрович странно на меня посмотрел, слегка пожал плечами и ответил:

— Всегда думал, что моя сестра вышла замуж за хорошего человека, но видимо, ошибся. Нет, Вы не подумайте, сестру он не обижает и относится к ней нормально, а вот меня ровней, похоже, не считает. Собственно, поэтому мне и придётся уезжать, потому что других знакомых, способных помочь мне устроиться на нормальную работу, в столице нет. А прожить на пенсион, выделенный мне, здесь будет архисложно.

Слушая Константина Александровича и наблюдая за ним во время беседы, я обратил внимание, что он, по большому счету, хоть и был расстроен отношением к нему зятя, но трагедии из этого не делал. Говорил рассудительно, был немного раздосадован, что придется уезжать, но воспринимал это спокойно, с определённой долей фатализма. В общем, вёл себя, как сильный человек, привыкший встречать невзгоды лицом к лицу, чем и подкупал.

Естественно, я не мог не задать ему вопрос о его ранении, из-за которого ему пришлось покинуть службу. А когда услышал ответ, то сначала не понял, как к этому относиться. Ранений у Константина Александровича, на самом деле, было несколько, но только одно тяжёлое, когда пуля попала в грудь и сломала пару рёбер. Он тогда только чудом выжил. Вся фишка в том, что это было давно, ранение совершенно не мешало ему нести службу ровно до тех пор, пока его место «начальника крепостной артиллерии» не понадобилось «нужному» человеку. Говоря проще, военные чиновники под надуманным предлогом отправили Константина Александровича на гражданку, и таким образом, освободили тёплое место для сына нужного человека.

Времена другие, а в стране происходит все то же, по-другому, похоже, у нас никогда не будет.

По итогам нашего разговора я всё-таки принял решение попробовать получить этого человека себе. Поэтому и задал вопрос, что называется, с подвохом:

— Константин Александрович, я Вам сейчас задам один немного странный вопрос, на который вы сразу можете не отвечать. Как Вы смотрите на то, чтобы остаться в столице, работать конкретно на меня и в перспективе стать очень богатым человеком?

Его реакция мне понравилась. Он немного подумал и уточнил:

— Я правильно Вас понимаю, что работать нужно не на Вашего отца, не на семью, а именно на Вас?

— Да, все так. Более того, мой отец, как и моя семья, ничего о нашем сотрудничестве знать не должны. Для них Вы будете только моим бывшим наставником, и ничего более.

— И чем, позвольте спросить, мне придётся заниматься?

— Это Вы узнаете, если дадите свое согласие. А так заниматься придётся много чем, в том числе и делами, не пользующимися одобрением общества.