— Женька давай! — Заорал он в спину своему форварду силового плана. — Давай, родной! Давай!

И Мишаков не жалея себя сразу же ринулся на пятак горьковской команды. Дождавшись подмоги Володе Петрову, который тоже воевал на пятаке, по воротам Коноваленко бросил с кистей защитник Виктор Кузькин. Однако шайба до пятака не долетела, под неё самоотверженно лёг горьковский нападающий Александр Федотов, а капитан горьковчан Алексей Мишин вообще завладев шайбой, швырнул по пустым воротам ЦСКА. К счастью для армейцев капризный резиновый диск разошёлся с рамкой ворот на десть сантиметров. Судья Егоров из Челябинска тут же свистун проброс и показал, что вбрасывание будет около ворот Коноваленко.

* * *

«Осталось двадцать пять секунд, — отметил про себя Виктор Сергеевич, посмотрев на табло. — А ведь сегодня может быть мой последний официальный матч на родном льду. Что будет в следующем сезоне? Кто знает? Так пусть болельщики меня запомнят победителем ЦСКА».

Коноваленко встал в стойку и как только шайбу разыграли на точке, быстро сел в «баттерфляй», ведь Саша Гусев вновь выстрелил с дистанции по воротам. Дважды из-за скопившихся перед воротами игроков шайба поменяла направление и, ударив голкипера в грудь, подлетела вверх. Виктор отмахнулся клюшкой, словно бейсбольной битой и выбил её подальше от ворот. Но армеец Виктор Кузькин на синей линии в высоком прыжке вверх рукой эту шайбу поймал, бросил себе под крюк и снова вернул чёрный резиновый диск на пятак.

«Б… где шайба⁈» — мысленно выкрикнул Виктор Сергеевич, пытаясь рассмотреть чёрный кругляш в толчее. И в последний момент его глаза ухватили малозаметное движение маленькой черной круглой тени, которая поскользила между коньков нападающих и защитников обеих команд и юркнула в сторону ворот. Коноваленко резко рухнул на спину и развёл руки в стороны, чтобы всем своим телом перекрыть движение шайбы.

После чего над его распятой на льду фигуры ещё пять секунд повоевали армейцы и автозаводцы прежде, чем судья из Челябинска не остановил игру. Четырёхтысячный зал торпедовского хоккейного дворца спорта мгновенно смолк. На Виктора Сергеевича устремились уставшие осунувшиеся лица и своих и чужих игроков. И Коноваленко аккуратно встал, и тут оказалось, что шайба, застряв в ледяной крошке, застыла точно на линии ворот. Судья Егоров дунул в свисток и развёл руки в стороны, послышались оглушительные аплодисменты и зрители принялись скандировать:

— Молодцы! Молодцы!

«Значит, сон был в руку», — подумал про себя Коноваленков и помахал вратарской клюшкой своим дорогим зрителям.