женой, и сейчас в их союзе все то же, что и прежде. За одним исключением: мать

теперь действительно любит его. Своей странной, непонятной мне любовью. Я ценю его

за наше общее прошлое, за все, что было между отцом и сыном. И за это ему стоит

отдать должное. Но не за все остальное.

Я кручу телефон в руке, обдумывая свои следующие шаги. Разблокировав экран, набираю

номер матери.

– Ян, сынок! Как же я рада, что ты позвонил! – ее голос пропитан неподдельной

радостью.

– Ты сейчас на вилле у Мануэля? – начинаю диалог без обиняков.

– Эмм… да, мы прилетели пару дней назад.

– Отлично. Я сейчас подъеду. Никуда не уезжайте.

– Может, останешься на обед? – тихо спрашивает мать.

– Алекс с собой брать? – открыто стебусь.

– Сынок, ну что же ты… я же от всей души…

Она вздыхает так тяжко, будто и правда хочет приготовить обед для любимого сына. Ох,

мама, хреновая из тебя актриса.

– Не нужно, спасибо. Я не голоден.

– Ну как хочешь. Ждем тебя, родной!

Меня аж передергивает от последних слов. Хватаю с кресла черную футболку, джинсы.

Резкими движениями натягиваю одежду на себя. В терапевтических целях пару раз

глубоко вдыхаю и выдыхаю. Ныряю в кеды и выхожу из дома.

Оштрафованная тачка на месте. Мануэль и об этом побеспокоился. Чувство вины перед

отчимом увеличивается во сто крат. Где бы я был, если бы не его помощь и деньги? Не

знаю. Я и правда не знаю. Даже когда он находится на другом конце земного шара, он

интересуется моей жизнью и моими проблемами. Я обязан ему до гробовой доски.

Мне хватает нескольких секунд для принятия решения. Нахожу в списке номеров нужный и

без лишних раздумий жму кнопку вызова.

– Адриан, можешь говорить?

– Твою мать, Романовски, ты на часы смотрел?! – возникает он протяжно.

– Уже время обеда. Или ты не один?

В трубке отчетливо слышится женский голос.

– Хрен с тобой, вещай.

– Хочу выставить машину на продажу. Поможешь?

– Ferrari?

– Да.

– Вай… тебя как петух в жопу укусил! Домашний арест положительно повлиял на тебя? –

хриплый смех.

– Тебе тоже не помешает поучаствовать в подобном аттракционе. Возможно, мозг на место

встанет, тогда-то ты перестанешь трахать все, что движется.

– Не, не вариант! Меня все устраивает! Так, – Адриан откашливается, и голос

становится серьезнее, – сроки по тачке?

– Чем быстрее, тем лучше.

– Принято к сведению. Ты это… как там? Приедешь сегодня вечером к открытию?

У нас же премьера!

– Приеду. Куда я денусь? Парни на месте будут?

– Да. Ждем тебя.

– Вы прям как моя матушка.

– Пфф, – снова ржет, – на тебе завязано слишком много денег, Романовски, вот и

считаемся с тобой. Только и всего.