больше нет.

В той зоне, где я заметила его (к слову, самой большой и стильной во всем зале), я

вижу группу солидных мужчин, одетых с иголочки. Судя по сосредоточенности друг на

друге, они увлечены разговорами и обсуждением чего-то по-настоящему важного.

Один из них поднимает голову и каменеет, заметив мимо проходящую и провокационно

виляющую бедрами блондинку в едва прикрывающем тело кожаном платье, перетянутом

ремнями с металлическими вставками. Даже на расстоянии я замечаю, что лицо мужчины

под маской искажается дикой злостью и яростью. Он рывком поднимается с дивана и

делает несколько резких движений в сторону девушки. Блондинка всхлипывает от

изумления, а может, от шока, и бросается прочь. Мужчина, словно избавляясь от

наваждения, трясет головой. Будто сдерживая себя, он застывает на месте, но, тут же

приняв какое-то решение, все же следует за девушкой.

Я с недоумением наблюдаю за развернувшейся драмой. Боковым зрением подмечаю, что за

барной стойкой я уже не одна.

Карина.

Она присела совсем рядом так незаметно, но так грациозно, что мне остается только

поучиться ее природной женственности и сексуальности.

От нее волнами исходит пренебрежение и отвращение – я безошибочно считываю эти эмоции

в ее напряженной позе. Она провожает взглядом мужчину, который ускользает вслед за

блондинкой и, скривив губы в злорадной и какой-то болезненной ухмылке, тяжело

вздыхает.

– Двойная чистая.

Ее обращение к бармену кажется холодным и безжизненным, словно секунду назад

произошло непоправимое и мир рухнул в бездну.

Легким кивком я подаю бармену знак повторить и мой коктейль. Гулять – так гулять. В

голову закрадывается мысль, что этот мужчина в солидном костюме ей не чужой. Должно

быть, она только что испытала глубокое разочарование, причинившее ей боль.

Безусловно, меня это никак не касается, но я все равно почему-то лезу не в свое дело

и с осторожностью спрашиваю:

– Что-то случилось?

Опрокинув в себя залпом двойную порцию дорогой водки с золотой стружкой, Карина

поднимает голову к потолку с кристаллами.

– Просто я ненавижу мудаков…

– Ты знаешь того мужчину, который только что?.. – начинаю свой вопрос и резко

замолкаю, почувствовав, как ее тело напрягается после моих слов.

Какое-то время она просто молчит. Возможно, размышляет, стоит ли со мной делиться

чем-то личным… или не стоит… Мы ведь не такие уж хорошие подруги – просто

вынужденные коллеги. Спустя несколько мгновений, вздохнув, Карина все же отвечает:

– К сожалению, да. Это муж моей близкой подруги.

Тупая боль пронзает затылок, ядом растекаясь по венам, выжигая все внутри. Глаза