застилает пелена… словно не чей-то чужой муж только что совершил непоправимое, а

мой…

– Мне жаль, – сбивчиво выталкиваю из себя несколько звуков.

– Ты же ведь тоже не просто так решилась сюда прийти? – наконец озвучивает

вибрирующий в воздухе вопрос.

–Да… – Сейчас мне кажется, она должна знать, что сподвигло меня на спонтанное решение

приехать в клуб. – Андрей мне изменяет.

Карина издает хриплый смешок и, гордо расправив плечи, разворачивается ко мне. В

свете переливающихся ледяных кристаллов я могу рассмотреть ее черную матовую маску –

она инкрустирована крошкой настоящих бриллиантов вдоль линии разреза глаз. Что-то

мне подсказывает, Карина в этом месте частый гость. А маску носит еще чаще, просто

не всегда эту…

– Именно по этой причине я предпочитаю договорные отношения. Чтобы исключить чувства.

– А как же любовь?

Я осведомлена о странных предпочтениях Карины в «отношениях» с ее мужчинами, но не

могла не задать волнующий меня вопрос о чувствах.

– Ее не существует, – она отвечает сухо, но уголки ее губ чуть дергаются вверх. Не

давая мне возможности опровергнуть эти слова, она резко меняет тему: – Сейчас будет

великолепное шоу. Насладись им.

Изящно соскользнув с барного стула, Карина почти ленивым, но отточенным движением, в

котором больше провокации, чем необходимости, поправляет подол безобразно короткого

платья цвета зерен спелого граната. Оно кажется настолько узким и тонким, будто

срослось с ее безупречной кожей. Платье выделяет и украшает каждый миллиметр

женского умопомрачительного тела – от Карины невозможно отвести взгляд.

Находясь в зоне видимости, она магнитом приковывает взгляды всех мужчин вокруг. Но ей

будто все равно: она не заинтересована ни в одном из них. Оставляя за собой шлейф

морозных духов, Карина испаряется в клубящемся тумане, что украдкой расползается по

залу.

Громкие биты незаметно сменяются приглушенной медитативной музыкой, предвещая

волнительное и таинственное, как само ночное заведение, представление. Одну из зон

клуба внезапно заливает бирюзово-лимонный свет, сквозь эту завесу проступает густой

бордовый туман.

Голоса и разговоры стихают. Все гости, затаив дыхание, концентрируются на полукруглой

сцене, притаившейся в самом отдаленном углу. Вокруг нас клубится лишь музыка и

сладкое предвкушение, что заполняют все пространство.

Растерявшись от неожиданности, я невольно ищу глазами бармена, надеясь уловить в его

взгляде поддержку или одобрение.

– Просто смотри, – шепчет он одними губами.

Я послушно перевожу взгляд на сцену. Адреналин в крови смешивается с выпитой дозой