— Лично созерцал его рожу несколько часов назад, — уведомил я его. — Радости не испытал при этом никакой. Все как всегда — одет с иголочки, пистолеты под мышками, в глазах желание кого-нибудь убить.

— Если еще пара персоналий такого уровня в Екатеринбург переберется, то и нам всем туда придется откочевывать, — невесело пошутил начальник отдела. — У вас там интереснее, чем у нас тут. Но лично тебе я посоветовал бы не мудрить, а взять билет на ближайший рейс и отправиться домой. Репутация репутацией, а голова — она одна. Что до заказчика — вернешь аванс, извинишься. Если хочешь, то я могу за тебя слово замолвить. Он кто? Я же его наверняка знаю, да?

— Он человек, — ответил я. — Олег Георгиевич, ты же знаешь, что для меня конфиденциальность не пустое понятие. Как и вопросы репутации, о которой ты упомянул.

— Ну, я тебе не родственник и не закадычный друг, убеждать не стану, — согласился со мной собеседник. — Кстати, а что за мальчонка с тобой в аэропорту был? Паша там кое-кого встречал, вас видел.

— Ассистент, — пояснил я. — Специалист по горным системам. Народ не зря говорит: не зная броду — не суйся в воду. Вот, нанял.

Сказал и сразу пожалел. Что Аркаша в горах ничего не смыслит, Светлана поймет сразу же, как мы до них доберемся, а после это станет известно Ровнину. Ну да, мы на самом деле не друзья и откровенничать друг с другом не обязаны, но не люблю, когда меня ловят на вранье.

Ну да слово не воробей, вылетит — не поймаешь.

— Тебе виднее, тебе виднее, — нараспев протянул Олег Георгиевич. — Но так по всему видно — толковый парнишка. Лицо умное, глаза смышленые… Макс, ты точно мне ничего про него больше сказать не хочешь?

— Так больше нечего, — в тон ему ответил я. — А вы мне про Светлану?

— У вас разные цели, но дорога к ним одна, — отчеканил он. — Так что не менжуйся, Чарушин, она в спину не ударит. Первой — не ударит. Порука — мое слово.

— Этого достаточно. — Я глянул на экран и понял, что время утекает, как вода сквозь пальцы.

— И все же — лучше бы ты вернулся в Москву, — донесся до меня из трубки голос собеседника. — Для всех лучше, и для тебя в первую очередь. Я же знаю, зачем вы все в горы поперлись. Что сопишь? То, что знают двое, со временем становится известно всем. Только остальных мне не сильно жалко, без них воздух в моем городе станет чище. Про Голема уж и не говорю, за него я даже по нашей скудности премию тому, кто его прикончит, готов выплатить.

— А меня, значит, жалко?

— Должок перед Мирославом остался, — помолчав, произнес Ровнин. — Хороший такой, большой, давний. Ему я его уже не выплачу, но ты его ученик, по сути, наследник. Да и польза от тебя какая-никакая моему делу есть, что скрывать. В отличие от остальных путешественников, имеется в виду. Все, разговор окончен. У меня еще хлопот полон рот.