Утром, после сепарации, тем, кому по словам Зульгена можно без риска здоровью идти, толпу рабов повели к Сосновому тракту, а оттуда к южной границе леса, в направлении Эклатия.

Но та толпа, что привели вчера, не оказалась единственной. Орки разных кланов продолжали вести всё новых и новых пленников, включая откровенных стариков.

— Хайцгруг, а пошли-ка со мной.

Капитан кивнул своим подчинённым (а Первый полк тоже выполнял строительные работы, как и почти все прочие соединения) и пошёл со мной.

— Что, командор? — нахмурился орк.

— А есть у меня одна догадка, мне нужна твоя подстраховка.

Мы подошли как раз к моменту, когда закупщики разложили оружие, чтобы выкупать рабов у орков. В группе «рабов» было два таких старика, которые мне показались шибко подозрительными.

— Дедуль, а ну-ка ходь сюды! — поманил я одного. Дед замялся, показал крючковатым пальцем на соседа, мол, его позвать.

— Дядь, не морочь голову! — рыкнул командирским тоном Хайцгруг на орочьем.

— Ты кто, дед?

— Ну, как кто… Раб я ничтожный, грязь под ногами, — старик был орком и поминутно кланялся, пряча взгляд, но бегло говорил на всеобщем. — Вам не стоит тратить на меня своё драгоценное время.

— Ну, это, допустим, мне решать.

Я активировалРой и жестом показал Хайцгругу, чтобы он вытащил из очереди ещё одного орка-старика.

Рой не хотел дотягиваться до старика, потому мне пришлось напрячься, чтобы попросить рассмотреть старика как потенциального рекрута.

— А как тебя зовут?

— Экрхиш ничтожный, — лебезил старик.

— Э нет, дед, тебя зовут Крипаркх из клана Чёрный Вереск, ты вольный орк Леса Шершней, тебе пятьдесят один год, возраст для орка пристойный,Рой тебя классифицирует как орка-отставника, пехотинца, копейщика, ты пережил четырнадцать походов, имеешь три ранения, все не особенно серьёзные, у тебя есть трое сыновей и шесть дочек.

— У меня пятеро сыновей, человек! — глаза старика-орка сверкнули гневом.

— Ты много бывал в походах, так что извини…Рой не ошибается, все вопросы к супруге.

— Она уже отправилась к предкам, — вздохнул старик. — Ну да, ты прав, человек, я не раб.

— А твой сосед? — я указал на второго старика, первый дедок кивнул.

— Ничего не понимаю, — сшиб брови у переносицы Хайцгруг.

— А что тут непонятного, друг-орк, — вздохнул я. — Схема простая как топорище. Они под видом рабов продают нам двух стариканов, те отказываются вступить в Штатгаль, выходят из Леса, потом возвращаются к своему клану… Не стыдно тебе, дед, ты же вольный орк и славный воин, раба изображать?

— Стыдно! — рыкнул беззубой пастью старик Крипаркх. — Я не для того свои топоры в бою добывал, чтобы молодёжь мошенничеством жила, а не войной.