Со стороны это выглядело, как будто я задумался. Компанию в моей инспекции мне составляли гражданские чиновники и сапёры Мурранга. Сапёры без видимой причины засуетились, глянули на меня и умчались, Мурранг остался рядом, но достал топор.

У чиновников вся эта суета вызвала немалое удивление.

— Уважаемые министры, прошу вас отбыть к семьям и укрыться. Мы опасаемся вторжения с моря.

Словно в качестве «фонового сопровождения» моих слов с маяка раздался набат — сигнал тревоги.

Ещё через пару минут его подхватили набаты на Ратуше и на Пантеоне.

Через десять минут ночная линия горизонта перестала быть однородной. В темноте начала расцветать целая россыпь тусклых багровых огней.

Они множились с каждой секундой, напоминая рой светящихся плотоядных насекомых. Вражеский флот вернулся. Да, они дали нам подготовиться, но и сами собрались большим числом.

Масштаб угрозы на этот раз превосходил все самые пессимистичные прогнозы. Огни сливались в сплошную широкую полосу, неумолимо надвигающуюся к порту.

Враг застал нас в самом невыгодном положении. Они всё так же могут высадиться в порту — я не создал систему блокирования бухты.

Портовые склады и стройплощадки располагались до самой береговой линии. Защищать эту территорию — означало ввязаться в кровавую мясорубку на узких улочках, среди стройматериалов, бардака, внутри тёмного неподготовленного лабиринта. Кроме того, тут полно дерева и грузов от кораблей. Деревянные леса и стройматериалы вспыхнут, превратив зону порта в огненный ад.

Альтернатива выглядела не менее болезненной. Отступление за недостроенные внутренние стены сохранит жизни солдат, но отдаст пиратам плацдарм для высадки десанта.

Прагматизм требовал пожертвовать грузом и досками ради выстраивания линии обороны.

Я прикинул, что стена между портом и городом уже восстановлена и стала прочнее. Может быть, она выдержит обстрел в этот раз.

«Всем подразделениям немедленно оставить портовую зону! Бросить маяк, караулам скомандовать отступление, отводите бойцов на портовую стену» .

Новак уже был там, на стене. Без всякогоРоя я слышал его раскатистый мат.

Эвакуация порта напоминала отступление растревоженного муравейника.

Торговые суда спешно снимались с якорей и бежали в море. Там, где это было невозможно, экипажи бежали в город.

Иртык потянул меня за рукав, указывая пальцем, что нам тоже было бы недурно сквозануть в направлении стены. Тем временем Мурранг подхватил кусок деревянной тачки, отбил от неё стенки и ручки, соорудив себе нечто вроде примитивного щита, причём стал так, чтобы прикрывать меня этим щитом.