— За неимением скальпеля операцию производят мечом, — ответил глава КГБ.
Глава 11 Вопросы высокого уровня
Ночной Порт-Арми спал тяжелым, тревожным сном. Улицы тонули в густом холодном тумане, скрывающем бесшумное передвижение мобильных отрядов захвата.
Это вообще-то интересный опыт. Всего «целей» в результате допросов выделилось девятнадцать. Цель номер один — куратор, он же резидент.
Шпренгер считал, что именно он руководитель «сети», то есть группировки в Газарии, причем лично он общался только со связными и не давал им пересекаться между собой.
Тем не менее Волагер его «вычислил» или считал, что вычислил.
Но в данном случае ошибки не было, потому что статус жреца — это нечто особенное.
Пока боевые группы тренировалось, я обратился к богу. Обычно так говорят, когда речь идёт о религиозности, уход в монастырь и тому подобное, однако в моём случае это буквально — попытка коннекта.
Тренировки шли в северной части Цитадели. Боевые группы окружали «дом», обозначенными группой камней, один заходил с тыла, ещё один становился чуть в отдалении остальные врывались.
Надо сказать тут у многих всплыл опыт грабежей и разбой, поскольку рекруты у меня специфические, это помогло. Не с первого раза, не со второго.
Гришейк мотался между группами надрывал глотку, участвовал в тренировке сам, Шпренгер всё больше помалкивал, он не умел в боевые действия, зато понимал, что знающим людям, а в данном случае нелюдям, не надо мешать.
В конце концов результат появился. Всё же Суворов, говоря про тренировки — был прав.
Убедившись, что моё участие не требуется, я отбыл вместе с Иртыком и ещё парой орков в Пантеон. После того мы узнали про шпионскую сеть я вернул двух охранников, которые ранее служили у меня вместе с Иртыком.
Я попросил охранников побыть в стороне, а сам вышел в центральный зал, быстро направившись к тому месту где намечено размещении статуи бога Дикаиса. Заказы на изготовление статуй были размещены среди всех лучших художников-скульпторов региона и они с их выполнением притормаживали, готовы были только статуи Клёгги, богини смерти, Анаи, Кит Парганаса — главного бога, статуя которого была вдвое выше остальных и Индо — покровительницы влюблённых.
Я обернулся в сторону Анаи и покачал головой. Скульптор понятия не имел как она выглядит, в его исполнении она была толстенькой кривоногой веселой орчанкой, с разбитным выражением лица и стременами в руке, символом кочевых народов.
Остановившись около места, где была табличка «Дикаис» я несколько минут молчал и ни о чём не думал.
Потом мысленно обратился к богу. Буквально. От шизофрении меня отделяла только мысль что в мире Гинн, где властвовала функциональное язычество, ответ бога хотя и редкость, но не признак протёкшей крыши.