Их лагерь взорвался воем и хриплым лаем. Серая масса распахнула ворота, некоторые даже стали карабкаться по собственному валу.

Вероятно, предполагалось, что мы струсим при виде этого шерстяного воинства.

Второй волной с куда большим достоинством двинули и драконолюды.

Я послал Новаку и Фомиру черезРой сообщение:«Они двинулись».

Слева за холмами из земли стала подниматься непроницаемо-белая стена тумана, накрывая дальний край местности от взоров как одеялом.

И опять-таки, любому сравнительно адекватному командиру, который смотрит на поле боя со стороны, эта внезапная климатическая активность показалась бы весьма подозрительной! В силу чего он непременно послал бы разведку выяснить, а не крадётся ли там случайно толпа мордоворотов под командованием бывшего атамана Новака? Ну, а вдруг?

Тем временем гноллы ударились первой волной о щиты. Они решили явить нам всю свою ярость.

— Сомкнуть щиты! Держать удар! — приказ Марка перекрыл гул несущейся орды.

Удар был страшным. Первая шеренга подалась назад под весом сотен тел, но выстояла. Щиты дрожали, лязгали челюсти, один из гноллов попытался укусить щит и оттянуть верхний края назад, однако боец второй шеренги по-пролетарски врезал ему в жбан коротким боевым молотком.

У первого ряда короткие копья, их основная задача держать щиты, тут не до жиру. Римляне, если я правильно всё понимал, зачастую вообще стоя в первой линии только держали щиты и изредка кололи гладиусами особо оптимистичных противников.

Первая линия самые крупные, тяжёлые и сильные (не обязательно при этом ловкие) пехотинцы, которые должны были держать ростовые щиты размером с небольшую дверь и не позволять себя уронить.

Копьями и алебардами орудовала вторая и третья линия.

И в тот момент, когда усилиями сотен этих самых мордастых бойцов первый удар был удержан, начали работать копья и алебарды второго и третьего ряда. То есть, в отличие от вот этих всех воев, криков, оскалов и прочей пантомимы психологической войны, мы работали по классике. Построение, распределение ролей, уничтожение врагов без героических одиночных схваток.

Работа командная, куча потных воинов рубят, колют, бьют, наносят удары в цели между щитами, удары поверх голов, удары навесом. Гноллы накатывались на них, пытались прорваться сквозь частокол древков и умирали под ударами всех видов оружия.

Тем временем первоначальный пыл гноллов стал ослабевать, вперёд выдвинулись те из них, кто пользовался щитами (и я всё равно я не понимаю, чего они пытаются таким образом добиться).

Часть гноллов стала атаковать сразу большой группой по двадцать морд в одном месте, чтобы разорвать строй. Но основная масса стала откатываться назад.