— И всё же бог своего рода маг? — не успокаивался я.

— Ты зачем спрашиваешь, босс? — ответил вопросом на вопрос Фомир. — Ну да, такая аналогия лестна магам. Но сама постановка вопроса… Ты рассматриваешь богов как врагов?

— Как говорил один почти философ, враг на войне — это тот, кто в тебя стреляет. На самом деле всё сложнее, однако если на Порт-Арми с небес спуститься какой-нибудь напыщенный ублюдок и станет его разносить, мы не станем молить о пощаде и приносить дары. Мы должны ему надрать задницу.

— Богохульные рассуждения, — осторожно прокомментировал Шпренгер, без тени осуждения.

— А то, — констатировал я. — Получается, вся их пресловутая «божественность» — это лишь количественно-качественное отличие в объёме прогоняемой энергии? У них просто толще морды и прочность энергетических каналов связи.

— Именно так, — осторожно подтвердил Фомир. — Ни один маг, будь он хоть трижды гением, физически не способен пропустить через своё тело такой объём силы даже на долю секунды. Даже Великие маги Эпохи Магов. Его магические каналы просто выгорят, а плоть превратится в пепел за одно мгновение.

— Хорошо, — я подался вперёд, уловив явную физическую несостыковку. — Тогда за счёт чего сами боги способны выдерживать такие пиковые нагрузки? Из чего состоят их каналы?

Маг развёл руками:

— В этом и заключается их божественная природа, командор. Они — высшие сущности. Их тела сотканы из материи иного порядка.

— «Иного порядка», Фомир? Это не ответ, а отписка для храмовых послушников, — я с шумом выдохнул воздух.

— Про такое не принято рассуждать в академической среде.

— А мы с тобой не в академической среде, Фомир. Мы на пороге кабздеца, а если точнее, то Конца Эпохи. И судя по словам Деция про перекроенные карты, пересечение границы будет очень для нас болезненным. Так что забудьте про религиозные табу и страхи перед Мёртвыми богами. Если у них есть физическое воплощение и они потребляют энергию, значит, у них есть предел прочности и уязвимые узлы.

Деций, чувствуя нарастающее напряжение, тактично вмешался в разговор:

— Командор, позвольте добавить?

— Конечно, Деций, твои знания сейчас ценнее самого острого клинка.

— Если сами боги пока остаются для нас слепым пятном, то информацию об их армиях мы нашли.

Писарь потянулся к своей походной сумке и выложил на стол две массивные, обтянутые потрескавшейся кожей книги. Он раскрыл их на заложенных страницах и развернул ко мне.

Я склонился над пожелтевшим пергаментом, вглядываясь в выцветшие от времени чернила. На первой иллюстрации были подробно прорисованы массивные двуногие фигуры с крокодильими головами и плотной чешуйчатой броней.