— Вот не дашь ты насладиться заслуженным отдыхом.

— В гробу отоспимся. И то, как показывает практика Мёртвых рыцарей, может быть и там не получится.

— Ну, вообще-то есть одна проверенная метода, — невозмутимо сказал Фомир. — Называется «Цветок во льду». Для его проведения мне понадобится сильный криомант.

— У тебя есть Свен. Подойдёт?

— Вполне. Но после сражения в горах я рассчитывал на премию и поспать пару часов.

— Ладно, поспи.

— И премия.

— И премия. Сколько ты хочешь?

— Сто золотых марок, всего лишь. И ещё двести раздать роте.

Я закряхтел.

— Ладно, если подумать, там победа была очень важна. Только давай договоримся, Фомир. Я тебе выдам из личного сейфа, чтобы Мурранг не знал, а то он нас с драконьей чешуёй сожрёт за такие растраты. И ты никому не говори, хорошо?

— Хорошо. Ради такого случая я готов отложить сон и прогуляться к тебе домой.

— Пошли.

…

После выдачи бонуса архимагу я направился в госпиталь, проверить нашего слегка ушибленного героя-драконоборца.

Военный госпиталь в Цитадели был рассчитан на «пиковые» нагрузки, приём сразу пяти рот раненых после сражения, и это не считая того, что половина помещений «Каски» тоже могла служить медицинским целям. Само собой сейчас, благодаря нулевым потерям (не считая самого Хайцгруга), здание было пустым. Персонал открыл ставни на проветривание, так что, когда я вошёл, там вовсю гулял ветер.

Я поднялся на второй этаж, где располагались палаты для офицерского состава. Я шагнул в светлую комнату с выбеленными каменными стенами. Два узких окна были распахнуты и пропускали свежий морской бриз с бухты. Хайцгруг лежал на здоровенной койке, собранной из дубовых брусьев.

Его лицо представляло собою сплошной лиловый кровоподтёк, оба глаза заплыли. Череп был выбрит и имел следы ожогов, густо намазанных белым кремом.

Грудную клетку стягивал тугой корсет из плотных бинтов.

Как-то так получалось, что Хайцгруг не первый раз попадает в реанимацию.

Рядом с изголовьем стоял деревянный стул, на нём сидела эльфийка Калидвен, боец Сводной роты. Она осторожно протирала те части туловища орка, которые не забинтовали медики. При каждом её касании Хайцгруг довольно щурился, напоминая огромного побитого кота.

Заметив меня, орк дёрнулся и попытался сесть. Лицо исказила гримаса боли от сломанных рёбер. Калидвен мгновенно отреагировала. Она мягко, но твёрдо опустила ладонь на его здоровое плечо. Хайцгруг замер и послушно откинулся на подушки. Орк, который буквально вчера завалил дракона, то есть, буквально был самым крутым бойцом Штатгаля, Газарии и, возможно мира Гинн, подчинился эльфийке по одному касанию.