Мёртвый рыцарь Танкред принял этот удар, не сдвинув строй ни на дюйм. Костяной вал синхронно сомкнул ряды, превратившись в монолитную стену из старых щитов и копий. Столкновение живой волны с мёртвой преградой не сулила живым ничего хорошего.

Дикари с разбегу врубались в передовые шеренги, снося черепа и дробя сухие рёбра тяжёлыми дубинами. В некоторым местах им удалось смять первые один-два ряда панцирников.

Однако они тут же понесли свои потери, а численное преимущество и строй вместо хаотичных волн никто не отменял.

На место каждого разрушенного скелета незамедлительно вставал следующий, принимая удар за ударом, не ропща и не подумывая о побеге.

Потеряв набранную скорость, нападающие захлебнулись в собственной крови, потому что нежить принялась двигаться навстречу.

Линия фронта стремительно поползла вперёд, продавливая истеричное сопротивление защитников, и тяжёлым катком вкатилась в распахнутые ворота. За какие-то две-две с половиной минуты бой перешёл во внутренний двор лагеря.

Меж глинобитных хижин и дымящихся костров развернулась методичная зачистка территории.

Дикари бросались на нежить десятками, пытаясь остановить продвижение авангарда. И, надо сказать, они были сильными и умелыми, однако такие истеричные порывы не имеют значения, если лишены организации.

Костяные когорты перемалывали защитников, не сбивая шаг, продвигаясь по заданным векторам к центральной площади.

В центре хаотичной бойни проявился последний резерв противника. Гигантские дикобразы, оставшиеся без погонщиков, слепо метались по двору. Их главный природный арсенал — дистанционный залп ядовитыми иглами оказался абсолютно бесполезен против пехоты, лишённой кровеносной системы.

И хотя животные были не разумны, они каким-то образом поняли, что шансов против многотысячной толпы у них нет.

Бросив троих раненых, порядка двадцати зверей издали тонкий писк и в едином порыве рванули к противоположной стене лагеря, где были ещё одни ворота.

У них не было рук, а у этих ворот — обслуги, однако животные навалились и выбили их, сбежав.

«Раненых дикобразов не добивать! Фомир, у тебя в отряде есть спецы по животным?»

«Ну, гоблин Ойнур хорошо ладит с собаками и конями».

«Попроси его попробовать достучаться до сознания дикобразов. Вдруг удастся убедить их вступить в нашу армию или как-то сотрудничать. Мне жаль их убивать. Но держитесь на дистанции, вдруг они стрельнут иглами, вы же не нежить».

Тем временем роты нежити достигли алтаря, окружив его со всех сторон.

Мой фокус сместился к центру лагеря, где возвышался гранитный алтарь Соббека.