— Потом поболтаем, — хмыкнул Тельхар. — Вы, значит, Рос Голицын, верно?

— Да.

— Просто Вы не представились как следует, ну да ладно, не до этикетов. А я, значит, представлюсь вашему честному люду. Я Тельхар из рода Иггвардин, хранители Мирового древа. Не самых почётных коленей… Не суть. И вот, волею судеб я являюсь, как его… эмиссаром Республики Эсцерк. Сообщаем Вам, что подверглись подлому нападению разнорасового, но верней всего иномирского врага. Мы его окрестили Многоликий враг, пока другое имя не подберём. О чём это я? А, да. И мы, республика Эсцерк, в столь трудный для нашей страны час, когда наша столица… Кажись, я снова отвлёкся. Короче, мы просим Вашу эту… республику…

Мурранг и Хрегонн часто-часто замотали головами в отрицании.

— А! Да! Герцогство Газария и её славного Правителя, во ознаменование того что знак Гве-дхай-бригитт — не только почести и скидки в лавках, но и долг перед народом гномов… Протянуть нам руку помощи и совершить вторжение, со всей возможной безжалостностью уничтожить врага и вернуть гномам их дома! Союз. И это, мы готовы покрыть расходы на дорогу и харчи. Наверное.

Я со всей серьёзностью кивнул.

— Главный писарь, составьте краткое описание этого обращения в протокол. Про харчи не надо писать, это лишнее. Всё в формулировках. И короткий акт о военном союзе с Эсцерком, от имени которого договор подпишет эмиссар Тельхар из рода Иггвардин, а от Газарии я.

— Босс, ну мы теперь-то поможем? — едва дождавшись пока я договорю, спросил Хрегонн.

— Да. Получив такое политическое обращение, мы принимаем решение. Пафосно-то как, тьфу. Короче, дадим тварям божественных мандюлей.

Мои гномы тут же вскочили с мест и принялись обнимать Тельхара, как блудного сына, вернувшегося из странствий и длительного бомжевания.

В это время меня пихнул под локоть Новак. Он не хотел говорить громко, поэтому чуть ли не прошептал мне на ухо:

— Босс, а как мы попадём на эту войну? Запросим флот Эсцерка из контролируемых ими городов?

— Это долго, тем более что Тейл контролирует море. Нет, мы используем авиацию.

— Чего? Врать не буду, но среди твоих странных словечек я такого не припомню. Это что, магия?

— Магия перемещения скрывает от меня Эсцерк. Много чего скрывает, но при попытке мысленного взора меня оттуда прямо-таки выталкивает. Нет, у нас есть дракон, используем его, высадим кольцо, перегоним армию. Но меня сейчас больше волнует другое.

— Что?

— Видишь ли, в ходе войны в Бруосаксе мы дрались в степях, пустошах, посреди полей и нив, на дорогах, улочках и под стенами, было дело даже в лесу.