За дверью апартаментов остался Иртык. Я попрощался с ним коротким рукопожатием.

Странно. Не так давно я был студентом и жил в общежитии, а теперь у меня свой телохранитель, как у трусоватого олигарха, своя армия, своя страна, даже валюта, которую эмитировал Мурранг, и то своя.

Иртык кивнул, но не ушёл и даже не сдвинулся с места, пока я не скрылся за дверью. Он жил в казарме, но также в этом доме у него была своя комната, в которой он мог отдыхать и одновременно с этим караулить меня в непосредственной близости от своего объекта охраны.

Вообще смысла в телохранителе, с учётом моего статуса полубога, особо не было, мои жизненные силы, сама живучесть и способности, нанизанные на обычное человеческое тело, существенно увеличились. Проще говоря, меня не особенно легко убить.

Но я не хотел менять привычный порядок вещей, да и вообще, факт получения мной особого статуса мира Гинн не произвёл эффекта разорвавшейся бомбы. Хотя это и не было тайной, однако офицеры не спешили доносить эту информацию до бойцов, потому что за этим последует закономерный вопрос от них — а что теперь может их драгоценный командор? Что изменилось?

Я и сам не знал ответ на этот вопрос, тем более не представлял, что могли бы ответить они. Вот и получается, что привычное и понятное «генерал» и «герцог», осталось в широком использовании, а «полубог», в массы не ушёл.

Я шагнул в гостиную. В углу возвышалась стойка с клинками, в том числе с мечом Мзгени, трофейными клинками герцога Гуго Элорана, генерала Эммея, меч лорда Альшерио (один из его мечей), лёгкий клинок герцога Ирзифа и кое-какие мечи из трофеев с родовитых пленников.

Глядя на меч Ирзифа, я вспомнил, что все условия сделки он выполнил, однако я до сих пор его не отпустил. Надо бы дойти до этого жулика, пожать руку и отпустить… Кстати, с трудом себе представляю, куда в условиях глобального апокалипсиса он попрётся?

Рядом стоял деревянный манекен, на который гномы заботливо накинули один из моих запасных комплектов средних доспехов. В мёртвой хватке куклы было зафиксировано копьё. В полумраке конструкция напоминала молчаливого стража, ждущего приказа.

Я остановился посреди комнаты и медленно выдохнул.

Напряжение последних дней, бег, драки и небольшие государственные перевороты со штурмами дворцовых комплексов остались позади.

Напряжение, державшее тело в стальных тисках, начало отступать.

Я скинул штаны, оставшись в исподнем, расстегнул жёсткий воротник, позволяя лёгким сделать первый за день свободный вдох, стянул через голову кожаную куртку и бросил её на стул, совершенно не заботясь об уставе.