Это были люди Рэда, переодетые в захваченную или заранее пошитую гномами форму. Да, не совсем аутентично и сидит кое-как… Но если не присматриваться, то не бросается в глаза.
Никто не поднимал головы вверх, чтобы увидеть, как на крышах домов, окружающих Арену и королевский дворец, скрытно, как хищные птицы, занимают позиции арбалетчики. Их было немного, но они контролировали все подходы, держа на прицеле каждый вход и выход.
Город был парализован, но ещё не знал об этом. Он был похож на пациента, которому ввели анестезию, но скальпель хирурга ещё не коснулся его плоти.
Мы — я, Рэд, братья-квизы и наш основной штурмовой отряд из пятидесяти лучших бойцов, тоже двигались к Арене.
Но мы не прятались. Мы смешались с толпой. Мы были просто ещё одной группой зажиточных горожан или приезжих наёмников, идущих поглазеть на кровавое представление.
Мы шли неторопливо, стараясь не привлекать внимания, но под нашими плащами была лучшая броня, а на поясах висели мечи и топоры. Каждый из нас был пружиной, сжатой до предела.
Я шёл и чувствовал пульс города. Чувствовал его предвкушение, его жажду хлеба и зрелищ. И я знал, что очень скоро мы дадим ему такое зрелище, которого этот город не видел со дня своего основания.
Мы приближались к эпицентру событий. Все наши отряды уже были на позициях и ждали сигнала. Казармы заблокированы. Мосты перекрыты. Штурмовая группа у тюрьмы готова к броску.
Час «Ч» настал. Механизм переворота был запущен.
Десятки шестерёнок пришли в движение, и теперь остановить их было уже невозможно. Мы вошли в гудящую, потную, ревущую толпу у входа на Арену, и я понял, что пути назад нет.
Игра началась. Ставка в игре — королевство… Ну и наши жизни, тут уж как повезёт.
Глава 16 Взятие Бастилии
Пока я, Рэд и наша штурмовая группа растворялись в ревущей толпе у входа на Арену, становясь лишь каплями в море человеческих страстей, в другой части города разворачивался первый акт нашей операции.
Это была одна из самых важных и рискованных частей плана, доверенная отряду «Медведи» — полусотне самых опытных и физически сильных головорезов Оливера Рэда под командованием его лучшего помощника по имени Грохот.
Их целью была городская тюрьма. Я бы даже назвал её местной Бастилией. Мрачное, приземистое здание, служившее не столько местом заключения, сколько местом хранения для живых и мёртвых (хоронили тоже там, на заднем дворе) личных врагов Цербера и заложников — рычагов давления на знать.
Я не видел этого своими глазами, но я представлял всё с кристальной ясностью, словно наблюдал за происходящим на тактической карте в своей голове.