Даже самые суровые и матёрые дрожали перед лицом этой магической угрозы.

— Держать строй! — взревел я и мой голос, дополнительно усиленныйРоем , добавил всем мотивации, пока я искал решение проблемы.

Пока магия не работала, мне пришлось активно использоватьРой , чтобы держать волну за волной чёртовых скелетов.

Я взял командование на себя, превратившись в живой тактический узел. Я видел всё: где прогибается наша оборона, где нужен резерв, куда направить Тайфуна, который с рёвом крушил мертвецов своим огромным топором.

Братья-квизы, Мурранг и Хрегонн, орали и матерились до хрипа, удерживая по флангам вдоль стены своих гномов, а их молоты превратились в мельницу смерти, перемалывающую кости.

Линия выровнялась, строй держался.

Однако я понимал, что это лишь отсрочка. Скелетов чертовски много. У меня двадцать семь раненых, скелетов выбили всего пару сотен, а их вокруг крепости и на подходе пара тысяч. Первые минуты боя, но у нас уже всё хреново. Реальность такова, что Штатгаль в его нынешнем состоянии, подготовке и вооружении не может держать атаку час за часом. Нас быстро задавят числом.

Слова Фомира натолкнули на мысль о том, что у этих страшных кукол может быть кукловод, тот, кто ими управляет.

Нужно было устранить причину. Убить того, кто управлял этой армией. И попросить Фомира найти кукловода я не мог, во-первых, маг занят инициацией, а во-вторых, наш противник намного сильнее Фомира и сможет его обмануть.

Почти без особой надежды я активировалПтичий пастух .

Эта магия в Кмабирийских болотах была бессмысленной по той банальной причине, что в болотах не было или почти не было живности, в том числе и птиц.

И всё же в почти безнадёжной попытке я зацепился за какую-то пузатую болотную птицу, которая оказалась в паре километров от сражения.

Моё сознание взметнулось вверх, сливаясь с сознанием взметнувшейся вверх птицы.

Несколько минут полёта, а птице явно не нравилось ни само это место, ни активность живых и неживых вокруг, и я смог увидеть с высоты птичьего полёта наш форт, окружённый кишащей массой нежити. И я начал искать. Искать аномалию, что-то необычное.

Летая по всё расширяющейся траектории и постоянно осматривая местность внизу, я наконец, нашёл его.

Примерно в полумиле от форта, на небольшом островке, скрытом в зарослях камыша, сидела фигура в тёмно-синей мантии.

Долбаный, мать его, синий цвет!

Фигура не двигалась, и всё же даже в ощущениях беспокойной птицы я чувствовал, как от фигуры исходили волны тёмной энергии, причём не просто расходились, они имели направленность, осмысленность.