Я вырвался из окружения и, не сбавляя скорости, понёсся по вязкой, чавкающей почве болота.

И я нашёл его именно там, где и видел. Криц сидел на камне, скрестив ноги, и был полностью поглощён управлением своей армией, из-за чего подпустил меня так близко.

Он заметил меня слишком поздно, когда я уже вылетел из камышей, как разъярённый кабан.

Он вскочил, и с его рук сорвалось огненное копьё. Я увернулся, и оно с шипением ушло в болотную жижу.

— Голицын! — прошипел он. В его глазах не было страха. Только холодная ярость и удивление. — Как ты меня нашёл⁈

— У меня свои методы, — ответил я, тяжело дыша. — Тебе кабздец, Криц.

Он рассмеялся.

— С чего бы это? Ты один. А моя армия сейчас разрывает твоих людей на куски. Я боевой маг, а ты, заносчивый мальчишка, уже проиграл.

Он моментально сплёл и кинул в меня заклинание, переплетение тонких призрачных нитей, похожих на разъярённых змей.

И, к его удивлению, заклинание прошло сквозь меня, даже не зацепив.

Я ринулся вперёд. Он был магом, по-своему сильным, но всё же уязвимым. Он отскочил, выставляя перед собой лёгкий щит, усиленный магией. Мой клевец ударил в преграду, высекая сноп искр.

Началась смертельная дуэль.

У меня был клевец, у него длинный изящный меч, который не мешал ему творить заклинания.

Он швырял в меня проклятия и сгустки энергии, я уворачивался, не пытаясь проверять, в какой момент мой иммунитет к магии даст сбой и пытался подобраться ближе. Я был быстрее, но он держал меня на расстоянии. Я понимал, что долго так продолжаться не может. Мне нужен был один шанс.

А там, за моей спиной погибал Штатгаль и эта мысль запомнила меня жгучим тяжёлым гневом, из которого я отковал себе оружие.

Метафорически, конечно.

Я не был благороден и понятия не имел о классических дуэлях. Я на поле боя и дерусь с подлым врагом, который убивал моих ребят при помощи некромантии.

И я использовал тактику, которой меня не научили бы ни в одной фехтовальной школе королевства Маэн.

Но так запросто делали в Кайенне. Я сделал ложный выпад, а затем, вместо того, чтобы ударить, я чуть наклонился, зачерпнул полную пригоршню болотной грязи и с силой швырнул её ему в лицо.

Это был самый грязный, самый неблагородный приём, который только можно было придумать. И он сработал.

Криц инстинктивно дёрнулся, на мгновение ослепнув от попавшей в глаза грязи. Его концентрация сбилась, он перестал меня видеть. Совсем ненадолго, потому что тут же применил какую-то особую магию к глазам, чтобы очистить их. Но на это ушла доля секунды.

Этой доли секунды мне хватило.

Я сделал выпад, вкладывая в него всю свою силу и ярость. Мой клевец, мой верный инструмент для решения многих проблем, в том числе тех, которые создавал мой характер, пробил его нагрудную броню, сделав дырку в области сердца.