Когда конкретно закончилась игра в одни ворота и начался бой, я не заметил, и лишь в очередной раз увернувшись от пролетевшей совсем рядом стрелы, понял, что меня прекрасно видят. А метнув в ответ диск, убедился, что воины степняков еще и укутаны в волшебную броню. Видимо, шаманы окончательно раскочегарили свою силу и взялись за меня всерьез…

Вскоре я и не помышлял атаковать. Все мои усилия были сосредоточенны на том, чтобы не быть утыканным стрелами, как ежик, ни больше и ни меньше.

Я метался, уворачивался, падал и вскакивал, чувствуя, как тают запасы магии в теле, и даже стремительно влетающие в меня новые искры не могли компенсировать расход энергии. Попытки закрыться щитом, как в схватке с животным, тоже провалились. Нет, иногда, когда я не мог уйти от летящей в меня стрелы, я создавал силовую плоскость перед собой, но проклятые шаманы как-то срывали заклинание, развеивая его, стоило мне замереть на месте хоть на мгновение…

А самым поганым было то, что, пока меня расстреливали лучники, или, скорее, отвлекали, если уж на то пошло, шаманы тоже не теряли зря время, накачивая несколько человек своими заклятиями… «Бафали», как сказал бы Леха, знакомый со сленгом игроков. И оказался бы прав как никогда…

О том, что сырая сила не пляшет против профессионалов, я догадался давно и даже видел подтверждение своим мыслям совсем недавно. Ну а как же? Местные поколениями учились использовать энергию, которую мы назвали магией, так же, как мы осваивали поколениями электричество. И как местные не смогли бы работать электриками в моем мире, так и мы рановато возомнили себя магами.

К чему я это? Да все к тому же… Когда бойцы, светящиеся от вкачанной в них магии, вышли на поле, я, признаться, вздохнул с облегчением, поскольку лучники прекратили огонь. Вздохнул и нагло ухмыльнулся, потянув, наконец, револьверы из кобуры…

И практически сразу же огреб по полной программе, стоило противникам ускориться. Только зря время потратил, пытаясь расстрелять бегущих ко мне врагов, вместо того чтобы убегать куда глаза глядят… А когда сообразил, как же я неправ, было уже поздно.

Первый же удар местного бойца сбил меня с ног, заставив покатиться по траве. Причем ударил он голой рукой, даже не доставая оружия. И подняться на ноги мне уже не дали.

Били жестко, куда придется, и хотя я вертелся волчком, пытаясь уворачиваться или закрываться руками, ничего не помогало. Сознание во мне еще держалось, благодаря магии, но о былой ясности ума речи уже не шло.

Кажется, я рычал, как тот медведекрокодил, снова и снова кидаясь на врагов прямо из положения лежа и отлетая в траву после очередного удара, думал только о том, как бы захватить с собой хоть кого-то…